Нам здесь жить полностью

Я хочу рассказать вам об удивительных людях, которые борются с бедой, не превращая ее в горе. Потому что горе — это как вязкая грязь. Вязнешь в слезах, в попытке объяснить причины, найти виновного. А эти люди на борьбу с бедой бросили то, что у них есть, — талант. Они — творческая группа «Свои 2000». Когда-то они делали передачу «До 16 и старше». Три года назад они сняли на ручную цифровую камеру полнометражный фильм «Пыль». Бюджет у «Пыли» был три тысячи долларов, а интерес у зрителей и критиков — невиданный. Сейчас они делают уникальный социальный проект — сайт «Рука помощи» (helping-hand.ru), потому что иначе умрет их друг — один из авторов «Пыли», Леша Лайфуров, 21 года от роду.

Кто такой Леша?

«Обычно о человеке, с которым случился рак и которому нужны деньги, говорят, что, мол, до болезни он был обычным человеком. Про Лешу такого сказать никак нельзя. Например, когда Леша был совсем маленький, он придумал, что должен какать золотыми предметами, и всегда смотрел в горшке, золото получилось или нет». «История болезни», hеlping-hand.ru

С первого курса Литинститута Лешу выгнали. Формально — за бездарность, фактически — за работу о Лимонове, где Леша доказывал, что Лимонов — своеобычный, но серьезный и замечательный писатель. Лешу причислили к национал-большевикам… Зато его сразу взяли работать в медиалабораторию факультета журналистики МГУ.

В новом фильме «Своих», съемки которого начнутся летом, специально под Лешу написана роль. Сейчас на эту роль никого не могут найти — Леша незаменим.

Еще у Леши куча идей. Куча в буквальном смысле: листочки с идеями забили все пространство под кроватью. Сумасшедшие идеи (вроде шоу, где участники должны максимально компактно упаковать себя) приходят по вечерам, когда Леша засыпает, и он встает и тщательно их записывает.

Ровно год назад, в марте 2007-го, у Леши обнаружен острый лейкоз. Очень-очень тяжелая для лечения форма.

Начало

«Ехали в Роттердам транзитом, через Вильнюс. Ночевали в гостинице при аэропорте. Мне приснилось, как мы с Лешей приезжаем в город Королев. Слышим — передают, что произойдет атомный взрыв. Вот почему нет людей на улицах. Мы смотрим в окно, чтобы хоть увидеть гриб, но видим лишь еле заметную вспышку за домами и слышим небольшой хлопок. Светает. Мы идем по пустым улицам. И все как всегда. Только очень страшно. Мы даже не смеем говорить о том, что будет. Мы уже не те. Мы облучены».

«История болезни», hеlping-hand.ru

У Леши в самолете заложило ухо. Он и Марина Потапова, сценаристка «Пыли», в конце прошлого января возвращались с кинофестиваля в Роттердаме, где за год до этого показывался их фильм. Лор диагностировал гайморит и дал травяные таблетки. Распухли гланды, их надо было удалять. Перед операцией его попросили сдать кровь. От гематолога его отправили прямо домой — собирать вещи в больницу.

Леша: «Острый лейкоз. Я тогда не понял, что это такое. Положили в роскошную стерильную палату. По телевизору крутили «Достучаться до небес». Мне это казалось страшно забавным: у меня гланды, а они вообразили невесть что…».

«Он позвонил и со своим обычным смехом спросил, что такое острый лейкоз и за сколько его вылечат, — рассказывает Марина. — Я приехала в больницу. Леша был настолько белый, что ему выдали цветное белье, чтобы не сливался с простыней. Один глаз меньше другого, уши — уже оба — заложены. Он не замолкал ни на минуту, фонтанировал идеями: пока я тут отдыхаю, буду делать новости для журфаковского блога, передачу для интернет-радиостанции, прочитаю «Улисса»… А потом он засмеялся: «Какой я ужасный неудачник!» И мы тоже стали смеяться».

Лешу обследовали в центре им. Пирогова. Подтвердили диагноз и велели подыскать больницу: «У нас квоты закончились». Говорят, что так больницы спихивают друг на друга пациентов — чтобы не портить статистику. И Марина, обзвонив мыслимых и немыслимых знакомых, нашла реально существующего профессора Пушкаря (был такой персонаж в «Пыли»), который оказался дружен с гематологическим научным центром РАМН.

Больница