До сих пор бывали только чемпионаты городов и турниры их сборных. Идею устроить клубное первенство подал сооснователь, начальник и игрок «Спартака» Николай Старостин. Всесоюзный совет физкультуры решает устроить в мае-июне один турнир «показательных команд мастеров» (так именуются уже сложившиеся клубы) и в сентябре-октябре — второй. А между ними еще и успеть разыграть по «олимпийской системе» на выбывание Кубок СССР с участием и «команд производственных коллективов», то есть действительно заводских. «Мастера» тоже считаются любителями — якобы тренируются и играют «в свободное от основной работы время». На самом деле они лишь числятся на своих предприятиях и службах. Поскольку «Спартак» живет прежде всего игрой (он состоит при скромной промкооперации), то Старостин в газетном интервью о чемпионате предлагает «освободить» игроков ведущих команд, «предоставив им полную возможность заниматься только футболом». Глава Физкульткомитета Манцев внесет потом поправку: «в течение футбольного сезона» — это редкие признания тайного профессионализма советского спорта.
Призовые места весеннего чемпионата СССР 1936 года занимают «Динамо» (Москва), «Динамо» (Киев), и «Спартак». 6 июля на первом Всесоюзном параде физкультурников Старостин по протекции генсека комсомола Косарева демонстрирует футбол Сталину — он-то на стадионы не ходит. Красную площадь застилают гигантским зеленым ковром, футболисты играют почти полный тайм, вождь наблюдает с Мавзолея — выше легитимизации быть не может. Первый Кубок СССР выигрывает «Локомотив», осенний чемпионат — «Спартак», далее «Динамо» (Москва) и «Динамо» (Тбилиси).
Со следующего года чемпионат будет один, высший титул до войны между собой так и делят москвичи — динамовцы и спартаковцы. Ведущие наркоматы гордятся своими футбольными клубами, они — ведомственный престиж и личная страсть руководства. Больше уже никакого любительства: играть в футбол — это высокооплачиваемая работа своеобразных деятелей искусств, где бы они официально ни числились. Впоследствии репрессированного Николая Старостина (посадят всех четверых братьев-спартаковцев) футбол спасет и в ГУЛаге — мастер работал там с разными динамовскими командами, ведь иметь свою хотел каждый лагерный начальник.
Во всех крупных городах есть главный клуб-представитель в одном из дивизионов чемпионата. Только в Москве их несколько, но они «обеспечивают» и союзное боление. Раскол мужского населения страны по симпатиям к клубам начнется еще в 1930-х, вместе с кино и цирком футбол образует триаду главных народных зрелищ. А после войны случится настоящий футбольный бум.
Ежов
Два года возле Сталина находится новый «ближайший соратник». Немедленно создан культ очередного «стального наркома», беспощадного борца с «врагами народа». Вознесенный на высшие посты герой потом бесследно исчезнет
