Влиятельная в Париже русская эмиграция яростно изобличает социалистическую потемкинскую деревню в павильоне бывшей родины. Французская пресса много пишет о московских процессах, и ее читатели недоверчивы: если у Советов такое благоденствие, то к чему эти кровавые расправы? Но при любых скептиках показать себя тридцати миллионам посетителей, наполняющих выставку с мая по ноябрь, — уникальный шанс. Париж в последний раз выполняет функцию столицы человечества, самого блестящего города Земли. Всемирную выставку здесь проводят уже шестую, нигде их не устраивали чаще. Для выставки 1889 года (четвертой из парижских) построили Эйфелеву башню, у подножия которой стоят нынешние павильоны. Участвуют 47 стран, рекордно много. У Запада — свой юбилей: за 20 лет после Первой мировой войны в Европе сложился новый уклад жизни, стандарты потребления и комфорта. Кроме национальных экспозиций открыто множество международных, по всем мыслимым сферам: воздухоплавание, железные дороги, термальные курорты, детские сады. В павильоне Испании висит «Герника» Пикассо, сулящая новую страшную войну, разрушения, смерть и очевидную смену миропорядка. Но грозному предупреждению мало кто внимает.
«Рабочий и колхозница» останутся самой впечатляющей аллегорией коммунизма. В этом качестве их воспроизведут во всех видах, включая эмблему киностудии «Мосфильм» и стандартные советские почтовые марки. После Парижа скульптуру установят перед ВДНХ. Эта выставка до конца строя прослужит подобием советского павильона 1937 года, увеличенного до размеров города. Здесь социализм десятилетиями будет стараться выглядеть согласно своим представлениям о самом себе.
Изабелла Юрьева
Главная советская исполнительница жестоких романсов, вернувшись на сцену, записывает свои лучшие шлягеры
Дочь еврея-шляпника из Ростова Изабелла Лиликова, обладательница природно поставленного контральто, на сцену попала, взяв несколько частных уроков. Сменила фамилию и удачно вышла замуж: супруг, тогдашний главный администратор ленинградского театрального треста Иосиф Эпштейн, стал пожизненным импресарио певицы и под псевдонимом «Аркадьев» сочинил стихи для нескольких ее хитов. «Белая цыганка» — такое же удивительное явление, как и «белый джаз», но сильный грудной голос Юрьевой просто создан для таборного распева. Юрьева во времена нэпа исполняла романсы о несчастной любви, успех имела огромный, но к 1930 году карьеру прервала. Она тяжело переживала смерть в младенчестве своего единственного ребенка и устала от запретов на «цыганщину» в концертных программах.
