И вот тут начался форменный галдеж! Штука в том, что о своих странностях последних дней я ни с кем, кроме Ирины Олеговны, не говорил. Да и про видения никому не рассказывал. Прибытие «мамы» команда восприняла с интересом, но вопросами не докучала. Решение князя — придет время и все станет ясно. Или останется тайной. Такой вот изгиб мышления местных. Про то, что у меня просыпаются способности пифии, соратники тоже не ведали, а мое странное поведение и не менее странные замечания, как, например, в той же беседе с командором, относили к лучшей осведомленности. Совершенно нормальной, с точки зрения местных, для второго человека в княжестве.
И тут я им мешком по голове — я, ребята, пророк! Тот самый, про которых в древних легендах говорилось. Способный видеть будущее и настоящее, а пройдя нормальное обучение, еще и понимать что-то из того, что увидел. И сразу, я читал это по лицам своих соратников, на места становились все странности, которые я откалывал. Да и масштаб происходящего воспринимался совсем по-другому.
— Это же… Это получается… — Глеб подзавис, у него никак не получилось сформулировать вопрос.
— Мои поздравления, знающий, — поклонился Яо. Вот уж самообладание у человека! Похоже, он давно уже догадывался.
— Что значит — пророк? — вопросил Василий. Денщик крутил головой по сторонам в надежде, что ему кто-нибудь сейчас все объяснит. Понять его можно — представители низшей ступени магического сословия про таких зверей, как пророки, и не слышали небось.
— Большая честь, Игорь! — Брат и сестра Обой вытянулись по стойке «смирно» и синхронно склонили головы. В глазах мага определенно читалось смятение, а вот берсерк чему-то радовалась.
— А я сразу понял! — возликовал получивший подтверждение своим догадкам татарин. Всю ночь он рылся в мифах и легендах — и вот наконец понял зачем. — Это все объясняет!
Ирина Олеговна смотрела на окружающих с едва заметным чувством превосходства, словно забыв, что я был ее ненастоящим сыном, и она мной гордилась. Поймав мой взгляд, чуть качнула головой — молодец, мол. Вовремя все озвучил и подал своим людям правильно. Я также едва заметно ей улыбнулся. Одобрение Снежной королевы как минимум означало переход наших отношений в новую стадию. Давно пора, а то эта холодная война напрягала!
— Это что получается? Ирина Олеговна приехала тебя обучать? — выдал наконец следователь. Сложил все же два и два. — Она тоже, получается, пророк?
Тактичный он у меня, Логан-то! Вроде бы умный мужик, как следак — вообще золото! Но как ляпнет порой — хоть беги и говори всем, что этот мальчик не со мной! Обязательно было этот вопрос поднимать сейчас?
На безмятежное чело сестры князя тут же набежала туча. Кто смотрел на нее — а смотрели после реплики Самойлова все — сразу почувствовали себя неловко. И атмосфера из оживленной стала стремительно превращаться в гнетущую.
При всей несвоевременности вопрос верный. Мне и самому было интересно, но я не давил, да и отношения с «мамой» были не теми, чтобы такое спрашивать. Ясно ведь, что там какая-то личная драма, иначе с чего ей так остро реагировать? Пророческий дар, как я понимаю, более редкий, чем боевой царский. А она меня ему учит. Значит, сама… У нее вообще дар есть?
Я думал, что Ирина Олеговна сейчас выдаст что-то из репертуара Снежной королевы. Например, ледяным тоном прикажет всем заткнуться и вернуться к предмету обсуждения. И была бы в своем праве, кстати. По табели о рангах — она член правящего дома, а вокруг, за исключением меня, подданные этого дома и привлеченные специалисты союзников. Не ровня, в общем. Но, к моему великому удивлению, она выдохнула и спокойным, делано равнодушным голосом произнесла:
— Игорь прав, говоря об опасной игре, в которую нас втянули. Поэтому в данных обстоятельствах важно знать, что от кого можно ожидать. Я не пифия. Я — сломанная.
Я был восхищен! Нет, не так! Я был сбит с толку — что значит «сломанная»? — и одновременно восхищен. Вот это школа! Мне до такой расти еще годы, и не факт, что выйдет что-то подобное. Неудобный вопрос к ней лично она сумела повернуть таким образом, чтобы напомнить о сложившейся ситуации. И еще умудрилась подчеркнуть мой статус. Чудо, а не женщина!
«Мама» между тем продолжила:
— «Уникальное дитя» — так меня называли очень давно. В десять лет наставники и целители обнаружили очень странную аномалию моего дара: он имел возможность выбора между царским и пророческим. Кровь проявилась даже сильнее, чем у Николая, но семья решила, что раз уж у старшего сына инициирован боевой аспект, то для рода будет куда полезнее иметь в довесок дочь-пифию. Я все детство и юность провела в путешествиях, училась у носителей дара, с которыми отцу удалось договориться. А на инициации — сломалась. Никто не знает, как это произошло, но дара я лишилась подчистую. Знания о теории остались при мне, но…
Некоторое время Ирина Олеговна молчала, как, впрочем, и все остальные. Затем подвела черту своей откровенности, причем вновь, и очень красиво, вернув внимание ко мне и к ситуации:
