Хоть волком вой, хоть, как дракон, огнем пылай, вспомнилась ему старая Хотская поговорка. В голове сразу возник дракон, изрыгающий тугую струю пламени. Как его голову отбрасывает назад от силы его дыхания. Может быть...
Точно! Хвала богам! Тугая струя огня, льющаяся почти целую секунду, сдвинула направление его купола. Он поднатужился, чтобы усилить струю и почувствовал, как его начало нести на дворец. От греха подальше он прекратил толкать огонь, чтобы не набрать слишком большую скорость. Теперь он сосредоточился на том, чтобы попасть прямиком в дырку, откуда Кедопег вырвал его комнату.
Было трудно, но жить все же хотелось, тем более, что какое никакое спасение он нашел и немного успокоился. Немного пришлось опалить стены дворца под самый конец, стараясь снизить скорость. Иначе он рисковал разбиться о стены галереи, в которую когда то выводила дверь из его комнаты.
Ударившись ногами о твердый пол, он пообещал себе, что устроит Кедопегу такой выговор, что тому придется отправить его куда нибудь подальше, чтоб так долго находиться в покое.
Часть 4: Наместники богов.
Он не разговаривал с Кедом несколько десятин. С шуточками бога он чуть не лишился жизни. Все можно понять, но уж приглядывать за ним можно было?! Можно. За всем Альконаром умудряется, а тут, видите ли, решил избавить себя от назойливости ученика. Само собой, он и дал Пронту вторую жизнь. И да, за сто с лишним лет однообразия она порядком поднадоела Пронту. Но после того, как чуть не оказываешься отрезанным от спасения в Огромном Ничего, жить как то, все таки, хочется.
Обучение проходило по старинке. Без вмешательства Кедопега. Он просто стал травить на Пронта целые войска из големов и драконов. Кажется, таких огромных масс народа парень не видел даже в битвах бок о бок с эльфами и их зелеными драконами.
К счастью, его навыки уже позволяли выходить сухим из воды. Раны были мелкими. Чаще всего он страдал не от оружия каменных солдат, а от осколков, что от них разлетались, когда он крушил их магией или оружием. Только вот щит и шлем приходилось править после каждой тренировки. Все же, уклониться и парировать удары десятков ближних воинов одновременно невозможно. Притом, что нужно еще бегать от лап и огня драконов и десятков арбалетчиков, что посыпали его болтами ежесекундно.
Больше всего под вечер уставали его ноги, от постоянных прыжков и беготни от одного края площадки к другому. И все это в полном доспехе. Чувствуется, что, оказавшись на Альконаре, он вообще не будет их снимать. Ох, не завидует он Нестину, на котором будет проходить большая часть его перемещений по миру.
К слову, после выправки доспехов и удаления щербин с оружия, он отправлялся обратно на площадку, чтобы полетать на Нестине. Мантикору тоже не мешало лишний раз выдохнуться хорошенько. Крылатой кошке нужно было привыкнуть к тому, что ему придется возить Пронта в полном доспехе на тысячи верст каждый день.
Тренировки по магии прекратились. Теперь колдовать приходилось вдоволь и во время учебных боев. К слову, Кед совсем перестал смотреть за тем, что творилось на площадке. Он просто подсылал все больше и больше противников, чтобы Пронт не расслаблялся. Хотя, куда уж там. Расслабишься. К последнему павшему врагу парень едва волочит ноги.
А затем, вечера в новой комнате. Непонятно почему Кедопег не стал заделывать дыру в стене. Теперь в том месте попросту зияла огромная брешь, укрытая богом в защитный купол. Пронт, к слову, нередко теперь проводил времена у дыры. Разглядывая окружающую пустоту.
Хотя, какая это пустота? Посреди дыры, от одного края неба до другого, находился гигантский Хирсу. Много времени ушло на то, чтобы осознать, насколько он огромен. В него вместилось бы несколько таких планет, как Альконар.
Его величие завораживало. Как и его красота. Он всегда был разный. Он не оставался неподвижным, как Альконар. На нем бушевали гигантские вихри, каждый из которых больше всего Евпетара и Кониуна вместе взятых. Розовые облака перемешивались с пурпурными, сиреневыми, белыми. Хирсу всегда был в движении. И любоваться этим движением можно было бесконечно. Нередко при разглядывании его бока, Пронт уходил глубоко в раздумья, возвращаясь из них только тогда, когда глаза слипались от усталости за день.
Иногда, Пронт свешивал ноги за край дворца и смотрел на Альконар, что проплывал где то сбоку. Планета издавала голубоватое свечение в пустоте. Само собой, большая часть Альконара была покрыта сушей. По крайней мере, на видимой части. Что удивительно, Альконар вращался вокруг Хирсу, постоянно повернувшись к нему одним боком. От этого Пронт наблюдал всегда лишь север Кониуна, часть его южной стороны и часть Евпетара. Собственно, те самые земли, что он успел и пешком обойти.
Зато он знал куда больше остального Альконара, благодаря Смотровой. Мало того, что большинство, если читать современные книги, все еще считает, что Альконар это огромная плоскость под большим куполом. И что по куполу бегает Эквир, держа в руках огненный шар, что освещает их мир.
