— Мелкий вёрткий засранец, — прошипела она, — Что нужно, говори? Сил моих на твою морду милую смотреть нет.
Странные у меня отношения со свей фактически начальницей, конечно.
— Личную силу я возьму из другого источника. Мне бы контролировать поведение и мнение масс. У меня тут пара темок стрельнула по божественности, чувствую управление мнение и Апофеоз — крутая связка.
— Это направление «Соблазнения», — развела она руками, — Незаметное пассивное контролирование, буквально поселиться в голове жертвы. Тогда начнём. Ты воняешь, ты в курсе?
— Я прекрасно пахну!
— Вот именно. Это моя сила. Я научу усиливать выброс специфичной энергии, которая найдёт «дофаминовый» центр благодаря запаху, и… м-м… скажем так, пустит небольшого энергетического паразитика в мозг.
— Иу. Червяка?
— Червяк это у вас между ног. А это — прекрасное соцветие, которое растёт от симпатии к тебе! Чем глубже его корни, тем… пластичнее человек. Он будет заглядывать в глазки, будет слушаться, будет желать ублажить любыми методами! Эх, времена были… — улыбнулась она, — Сколько городов я так погубила… сколько стран… стоило лишь махнуть пальчиком, как всю казну тратили на воду из моей ванной…
Я на неё косился.
— Ну что? — фыркнула она, — Очень вкусная была, между прочим.
— Правильно он про тебя говорит…
— Да кто этот «он»? Вечно всё «он», да «он»! Какой там урод моего герцога против меня настраивает? Вот и иди к нему, хмпф! — надула она щёки.
— Мой почти дед. Он в трезубце сидит.
— Пха! Мужчина? Пф-ф-ф, — язвительно хмыкнула Люксурия, спрыгивая с трона, отчего декольте её шелкового полупрозрачного халата едва не показало всё не очень сокровенное, — Приведи этого деда, и он быстро передумает.
— Не, вряд ли, — отмахнулся я.
— Ну-ну, — продолжала она улыбаться.
— Не, правда. Вы уже встречались, ему насрать было. Мне кажется его вообще никто не привлекает… только ультранасилие. Он… ам… насилие-сексуал! Гендер такой.
— Малыш… — как-то неуверенно хмыкнула она, — Но ведь нет ни одного мужчины, способного…
— Он может. Он сам рассказывал. И о тебе не очень отзывается.
— Только одному на моей памяти это удалось, — улыбка была всё натянутей, — А… когда это было твой дед не говорил?..
— По твоим меркам недавно. Пару земных годиков назад, — пожимаю плечами, от безделья разглядывая шелковые подушки на полу.
— А… эм… мой любимый Герцог, а… как твой дедушка выглядел?..
— Сейчас — длинный и твёрдый. Трезубец. Тогда… ну, демонюга такой огромный с секирой.
— А… — её голос дрогнул, — А зовут твоего прекрасного дедушку как, если не секретик?..
— Соломон, — недоумённо поворачиваюсь, — Знаешь его?
Она стояла словно статуя с застывшей, натянутой, неуверенной, шокированной улыбкой и прикрытыми глазами. Она очень пыталась изобразить дружелюбие, но при этом видно, что её парализовала полнейшая неожиданность.
— Ха-ха, Мишенька, а я ведь тебя всегда любииииииила, — её интонация моментально поменялась.
— Ясно… — вздыхаю и протягиваю руку, — Гони взятку и приведу.
— Ты офигел⁈ Не ты ли про Любовь мне втирал⁈ — топнула она ногой.
— Да. И я чертовски люблю плюшки за старания.
Не, ну если я ещё и саму Похоть, — учитывая её историю, — сведу с тем, кого она в итоге снова полюбит…
Как ещё я нагну Порядок? Барон бы на такое сказал: «Уже во всех позах побывали».
Не, капец, она это серьёзно? Это у всех сильных женщин такой прикол, что пока челюсть не сломаешь, она не полюбит? Это они твердят: «Бьёт, значит любит»⁈ Соломон и Люксурия? Серьёзно?
Что дальше? Михаил и последний оставшийся Феникс из Академии⁈ А чо, я-ж не знаю его пол! Вокруг меня чё, реально перечпокаются ВСЕ⁈
«Одиночество — В. С. Ё. Кайзер жёстко про одиночество»
Евгений стоял в своём кабинете и разговаривал с розоволосой женщиной в отражении зеркала.
— Да… — кивнул он, — Да, госпожа. Конечно. Честно сказать, я полностью с вами согласен, — улыбнулся он.
— Ты не обидишься?.., — чуть виновато спросила она.
— Пха-ха-ха! Нет, ну если бы вы передали его злобному доходяге с жаждой наживы — обиделся бы? Но Михаэль? Да я же его люблю, он такой забавный малый! — рассмеялся лысый гигант, — Говорю же — я полностью за. Мне и своей силы хватит.
— Ну тогда и славно. Спасибо тебе, — улыбнулась Каритас.
Евгений кивает и завершает сеанс видеосвязи с небесами. Со всё той же не спадающей улыбкой он достаёт телефон и звонит помощнице.
Пора бы на днях будет кое-куда слетать.
