«Рой, переводи и озвучивай, что я хочу сказать. Буду повторять»
— «Двойную мне!», — сказал я.
Он распахнул глаза, а люди позади зашептались. Да и мои компаньоны тоже, чё уж — даже батя в шоке, что я хинди знаю.
Повар молча и без вопросов взял огромный зелёный лист, намешал из одной кастрюли, из второй, сыпанул специй от души, и положил сверху пару хлебных булочек. Я получил свою пищу! Жую. Глотаю.
— «Неплохо. Ароматно», — пожимаю плечами, — «Спасибо».
Продавец открывает рот. Понимаю, на что он рассчитывал — на то, что я завою от остроты. Но… хех, парень, ты знаешь что я жрал? Да я сгоревший Иггдрасиль пробовал! Мне ваши специи как котёнку молочко — только аппетита прибавляют!
— А… погоди, а это⁈ — он повторяет порцию и сыпет другими специями, поливая другим соусом.
О, бесплатная еда!
Съедаю.
— «Норм. Кисловато», — пожимаю плечами.
Люди сзади ахали и начали поговаривать, шептаться! Продавец бледнел, испуганно озираясь на людей. Э? Что-то не так? Я ведь просто кушать хотел…
Испуг рос в глазах повара. Да что не так? Я просто поесть не могу⁈ Ëмаё, во что я вляпался?..
— «Стойте! Стойте! Это какой-то жулик!», — начал испуганно говорить он толпе.
Я огляделся. А собралась реально толпа! Прям много! И все на меня смотрят! Да что такое⁈
— 'Мальчик! Ты бросаешь мне вызов? Самому Амару Кулкарни⁈
— «Эм… нет, я просто кушать люблю…»
— «Стой здесь! Я не посрамлю честь своего таланта! Реликвия будет моей!», — и он убежал куда-то в подсобку.
Я неуверенно вертел головой, как обычный ребёнок, попавший в центр нежеланного внимания. Мои друзья, Максимус и батя стояли близко, но не вплотную, будто тоже смотря на то, что из этого выйдет! Ну вы-то куда, ёмаё⁈
Что за неожиданные проблемы на пустом месте?
Мужик выбегает и держит в руках два свёртка. Открывает. И оттуда тут же пошёл дым!
— «Съедаем одновременно. Кто первый не выдержит — тот и проиграл!»
— «Да в чём⁈»
— «Это — главное испытание! Слеза Шивы… слеза огня! Никто не способен выдержать её жара!»
— «Почему меня окружают только поехавшие… ну что я сделал…»
Я цепляюсь взглядом за какого-то индийского ребёнка, внимательно следящего за представлением, и тот кивает куда-то вверх. Я понимаю, что это мне, поднимаю глаза и вижу вывеску.
«Соревнование. Вытерпи — получи реликвию! Только раз в год!»
И всё сразу встало на места. Так вот чё такая очередь, и вот о чём шептались! И вот почему все в шоке! Да это какое-то знаменитое место для челленджа!
Снова оглядываюсь. Все стоят с телефонами, снимают. Ой, да ла-а-а-адно!
Тц!
— «Ой, давай», — цыкаю и беру сверток.
Внутри лежала какая-то чёрная конфетка. Нюхаю. У-у-ух, боги, она уже ОТСЮДА страшно воняет! Из чего она сделана? Из лавы⁈
Мужчина на меня внимательно смотрит. Начинает отсчитывать.
Раз…
Два…
Три! Мы вместе закидываем главное испытание в рот и глотаем.
«Рой?»
«Без проблем»
Хо… хо-хо-хо! А вот тебе и наномашины!
Уже сейчас, сильно заранее, на моём лице ползёт садистская улыбка. И мужик… это видит. Ой как видит! Он понимает, что на мне ни слезинки, лицо не краснеет, а в глазёнках только радость!
А вот он… охо-хо-хо-хо, он уже прочувствовал!
— Кхе… — кашлянул он, — Кхе-кхе!
Люди ахнули. А индийцы впечатлительные, да?
— Стойте! Я случа… кхе! Случайно… кха-ха! — он падает на колени, — Ох… ох… я выдержу. Выдержу! Я… кха-кха-кха!
'Пользователь, вы съели магический материал. Начинаю усвоение энергии
Советую найти ещё'
Мужик уже едва не пускал слюни. Он всё говорил, что выдержит, что пересилит, и что не опорочит честь, но… не знаю, кажется, он скоро начнёт задыхаться. Ему стало очень плохо. Даже зрители это поняли и начали стихать, переглядываясь между собой и обеспокоенно глядя на мужичка.
Я вздыхаю. Да что-ж вы без меня делать будете…
— «Это не твоя война, друг», — подхожу к нему.
Я сжимаю левый кулак, выцеливаю, и бью ему прямо под живот! Частичка некротики поражает тело, Демономания шатает душу, а Геном Апатии мелькает всего на секунду! И без того ослабший после угощения организм мужика совсем подводит, и… его вырывает.
— Буэ-э-э! — раздаётся на всю улицу.
Чёрная дымящаяся жижа, ни капли не переваренная падает на землю. Я вздыхаю, и под не самые приятные звуки встаю.
— «Цени своё здоровье! Глупые титулы и честь — не повод его гробить!», — взмахиваю я, подавая ему руку.
Ничего не ответив, он смотрит на протянутую ладонь, и… принимает.
Смуглый мужчина с красной точкой на лбу встаёт, отряхивает колени и чуть жалобно на меня смотрит.
— «Как тебя зовут, мальчик?..»
