Дрейк оборвал себя на странной, отдающей плохим детективом, мысли и, продолжая названивать Миа, отправился на ее поиски. Родителей он попросил остаться на месте на тот случай, если Миа вернется. Он обошел парк по второму разу, когда телефонный звонок заставил выдохнуть с облегчением. Не глядя на экран, Дрейк поднес телефон к уху.
— Миа, где ты, черт возьми?
— Это Зои. — В приглушенном, напуганном голосе он едва узнал ее соседку. — Миа попала в беду…
***
Субботним вечером на дорогах не было пробок, поэтому до ее дома они добрались быстро. Весь путь Миа снова и снова прокручивала в голове сцену с поцелуем Дрейка и Каролины. Что-то в нем было не так, теперь, немного остыв, она это понимала. Слепо всматриваясь в очертания города за окном машины, она нервно постукивала по подлокотнику.
Дрейк звонил уже несколько раз, но Миа все время сбрасывала звонок. Ей хотелось подумать. Ведь не могли же ее обмануть собственные глаза? Или могли? Сейчас ей припоминалось, что освещение оставляло желать лучшего: мерцание гирлянд и свет, падающий от далеко стоящего фонаря, могли сыграть с ее восприятием злую шутку.
Не ищет ли она оправдание Дрейку?
Миа украдкой смахнула одинокую слезу, скатившуюся со щеки.
Грег не пытался завести с ней бессмысленный разговор, вроде пустого обсуждения погоды, и она была благодарна за это.
Ее так захватили собственные размышления, что она вздрогнула, когда Грег остановил машину и негромко сказал:
— Приехали.
Миа подняла голову, увидела в окне свой двор и принужденно улыбнулась:
— Грег, вы были вовсе не обязаны… Спасибо вам.
— Не стоит, — с легким напряжением ответил он и, сжимая руль тонкими пальцами, с виноватой улыбкой спросил: — Я могу воспользоваться ванной комнатой? — Видимо, заметив ее замешательство, он виновато пояснил: — Признаться, я боюсь не доеду до дома. А искать здесь кустики…
— Конечно-конечно! — смутилась Миа. — Как я сама не догадалась…
Грег заглушил мотор и последовал за ней. В его движениях ей почудилась отчаянная решительность человека, вынужденного сделать что-то неприятное, но она отмахнулась от странного чувства надвигающейся беды.
— Зои, ты дома? — крикнула Миа, щелкая выключателем.
Узкий коридор озарил свет. В квартире стояла тишина.
— Проходите, первая дверь справа. Не стесняйтесь, моей соседки нет дома.
— Благодарю.
Миа направилась на кухню и положила ладонь на чайник, но так и не включила его. Она бездумно смотрела вдаль. В голове шелестел ворох мыслей, но одна среди них звучала все настойчивее: что-то здесь не так. Дрейк бы так не поступил, не стал бы играть втемную. Если бы его интересовала Каролина, он бы сказал об этом прямо. В конце концов, он всегда говорил ей правду — одно из качеств, которое ей в нем нравилось.
Дрейк Бейкер кто угодно, но не лжец.
Но тогда что она видела?
Телефон зазвонил снова. В тишине пустой квартиры его трель прозвучала оглушающе громко. Какое-то время она, колеблясь, смотрела на экран телефона, где высветилось имя Дрейка, а затем потянулась к кнопке «принять вызов».
— Не стоит этого делать.
Голос над ухом заставил испуганно подскочить на месте и обернуться. За ее спиной стоял Грег. Такого выражения лица она у него еще не видела. Смесь раздражения, обреченности, усталости и чего-то темного исказили его привлекательные черты, сделав их отталкивающими.
Он быстрым, неуловимым движением выбил телефон из ее рук, не прикасаясь к нему. Тот улетел на пол, под стол, и продолжил звонить уже оттуда.
— Что вы делаете, Грег?
Миа постаралась не показать страха, холодной змеей заползшего в душу, и медленно попятилась. Грег покачал головой и перекрыл своей спиной все пути к отступлению.
— Мне жаль, Миа. Искренне жаль.
Взгляд Грега, внимательный, изучающий и не предвещающий ничего хорошего, уже не просто пугал, а заставлял застыть в ужасе. Наверное, именно так чувствует себя кролик, когда его оплетают кольца питона.
— Я вас не понимаю.
Грег теснил ее к окну. Когда ее поясница уткнулась в подоконник, шеф навис над ней и рассеянно заправил ей прядь за ухо. Миа бросило в холодной пот. В памяти сразу кружащим водоворотом всплыли все истории о маньяках, которые ей приходилось слышать. Кажется, те тоже казались своим близким вполне нормальными людьми.
Грег наклонился. Она зажмурилась.
— Вы мне нравитесь, Миа. — Его шепот обжег ухо. Живот скрутило в тугой узел, а к горлу подступила рвота. Никогда прежде ее не тошнило от страха. — Очень нравитесь.
Грег отклонился, улыбнулся ей той улыбкой, от которой у нее сердце ухнуло в пятки, и отошел к столу. Задумчиво поглядывая в ее сторону, он продолжил:
— У нас с вами могли бы получиться неплохие волчата. Вы думали об этом?
— Никогда. — В голосе, мимо воли, прорезались брезгливые нотки.
Сейчас, несмотря на всю свою привлекательность, Грег вызывал у нее отвращение. Ее мутило.
— Зря, — наставительно заметил тот. — Мне нравилась эта мысль.
— Так вы этого хотите? — дрожа от страха и бессилия, спросила Миа и гневно добавила: — Совет вам этого не простит!
— Ах да, Совет…
