— Есть, стратег, — склонив голову, гонец вышел из покоев.
— Что-то пошло не так, Аристей? — спросил, дождавшись, пока солдат выйдет, стратег.
— Да, стратег. Катализатором стало прибытие в город сирийских наёмников…
— Селевкидский царь в курсе этого?
— Нет, стратег. В этом я уверен точно — ему невыгодно портить с нами отношения, да и не несёт он ответственности за наёмников.
— То есть, его руки за ними нет?
— Нет, стратег.
— Хорошо. Ты можешь дать более точные цифры?
— Примерно полторы тысячи, если вместе с наёмниками, стратег.
— Что с олигархией в полисе?
— Они оказались на удивление… единодушны — несколько несогласных были убиты самими восставшими вместе с семьями, видимо, за отказ от мятежа. Остальные, как и сказал гонец, прорываются в Галатию.
— Вместе с семьями?
— Да, стратег.
— Отлично. Убьём двух зайцев разом. Как я понимаю, продвигаются они достаточно медленно?
— Да, стратег. Пытаются пробраться через территорию Писидии и Каппадокии.
— Горы, холмы, леса…
— Именно, стратег.
— Хорошо. Это всё, Аристей?
— Да, стратег.
— Что с Никомедией?
— Ишпакай сильно закрутил гайки, стратег, оставшиеся в живых олигархи долго такого терпеть не смогут. Хотя, учитывая расправу над сардскими товарищами по несчастью, всё же ещё повременят…
— Расправу?
— Ты же не собираешься оставлять их в живых, стратег?
— Тоже верно. Если будут какие изменения — сразу сообщай мне. Так, дальше, мне нужна информация из Галатии — как хочешь, но к концу года ты должен организовать там агентурную сеть.
— Понадобится достаточно много денег, стратег…
— Дам, сколько надо.
— Тогда, с твоего позволения, стратег, я начну…
— Да, иди. Охрана! — в комнату заглянул аргираспид, — вызовите ко мне Эстарха.
Тяжело вздохнув, Эвмен пошёл в покои жены — надо было объяснить и попрощаться… На ближайшую неделю точно…
— Уже выдвигаешься?
— Да, отец, — Эвмен стоял перед царём в доспехе — пришёл обсудить дальнейшие планы и попрощаться.
— Заодно загляни в Эфес — дела там идут не так хорошо, как хотелось бы. Да и эпистат что-то темнит сильно. Мне кажется, он не понимает новой политики царства.
По всему царству начинались бесконечные стройки — из всех известных греческих полисов приглашались архитекторы, своих на всех участках уже не хватало, начиналась реализация плана Атталидов… Что и говори, на самых лёгких участках привлекались даже недоучившиеся студенты — хотя обычно это было категорически запрещено. Но… Новое государство — новые законы.
На данном этапе началось создание качественной дорожной сети на территории всего царства, пока связывались только крупные полисы и относительно большие города внутри страны, создавалась дорожная сеть в направлении Киликии — через несколько лет Шёлковый путь пройдёт по новой артерии, наполняя царство невиданными доселе богатствами. К стройкам широко привлекались освобождённые рабы — пока только государственные и малой толики олигархов, согласившихся на подобную реформу.
И, надо сказать, за деньги большинство из них работало на удивление хорошо. Даже отлично. Но были и другие — те, кто работал так же плохо, как и в рабстве, и те, кто не хотел работать вовсе. Пока что борьба с тунеядцами велась с помощью пряника — окладную оплату труда сменили на сдельную, что в свою очередь, привело к другим неожиданным последствям.
Во-первых, плохая часть заключалась в том, что отдельные рабочие пытались саботировать подобные стройки — поскольку работали они плохо, то очень скоро их уровень благосостояния стал намного ниже уровня таких же рабочих. С подобными людьми разговор был короткий — на перекрёстках новых дорог виднелись виселицы с саботажниками. Как ни странно, но остальные рабочие подобные шаги только приветствовали — никому не нравились подобного рода «тунеядцы», к тому же, ещё и пакостившие исподтишка своим же товарищам. Во-вторых, из-за ускорившихся темпов строительства и понизившегося уровня добычи, очень скоро начала проявляться серьёзная нехватка строительных материалов — камень, строевой лес, песок, известь, не хватало всего, на отдельных участках постепенно начал проявляться дефицит инструмента. Что вызвало совсем уж неожиданное в-третьих… Бывшие рабы начали организовываться в артели по профессиям — кузнечные, чернорабочие, отдельные, самые пробивные, просили у эпистатов разрешения на разработку природных ресурсов — камня, руд, леса… Пока, конечно, дореформенного уровня добычи достичь не удалось, но страна уверенно к этому двигалась.
Часть бывших рабов расселялась вдоль новых трактов — создавались небольшие сельскохозяйственные и рабочие поселения, хотя, конечно, приносить реальную прибыль они станут ещё нескоро… Обдумывая, как бы выбить свободу для остальных рабов, Атталос и Эвмен начали продвигать закон о самовыкупе рабов, пока цена была достаточно высока — чтобы уменьшить сопротивление олигархии, но постепенно, как примут закон, её будут снижать, пока не опустят до смехотворной величины. После — полная отмена рабства. В идеале подобное изменение пройдёт за одно поколение. Если ситуация будет развиваться по плану.
