— Итак, не буду плясать вокруг, да около. Поликлет, твоя задача — возвести укрепления вот здесь, здесь, и здесь, — показал точки на границе между Писидией и Каппадокией Эвмен. Для этого дела я тебе выделю несколько десятков таксисов из бывших рабов, они уже двигаются к Гордию… Ах да, советую тебе выезжать уже сейчас — всё должно быть готово уже через два дня.
— Стратег, я не уверен…
— А тебе и не надо быть уверенным, Поликлет. Тебе просто надо всё это сделать. После командир — Ишпакай, вроде ты его знаешь, организует нужное патрулирование.
— Я… Понял, стратег.
— Почему тогда ты ещё здесь? — Поликлет торопливо покинул палатку.
— Так. Эвклид… Значит, говоришь, не знал о восстании ничего? — обратился Эвмен к последнему оставшемуся внутри человеку.
— Я такого не говорил, стратег, — спокойно ответил таксиарх. Пока, по крайней мере — не мог придумать вменяемого названия Эвмен. Не главным же армейским врачом его звать?
— Но семью загодя эвакуировал, да и имущество, в основном, вывел за пределы полиса…
— Я не дурак, стратег, и прекрасно видел, что вы делаете в Сардах. И действовал соответственно.
— Верю… — на улице послышался напев трубы — общее построение. Эвмен, послушав, продолжил, — что с организацией госпиталей?
— Продвинулся, стратег. Правда, после Никомедии я увеличил количество хирургов — по одному на таксис. Там едва справились…
— Да уж, — при штурме Никомедии боевые потери составили более пятисот человек, сколько только одних ампутаций было, не говоря об операциях посложнее…
— Не думаю, что в этой кампании будут такие потери… Что думаешь о моём предложении?
— Каком именно, стратег?
— Организации медицинской службы в соответствии с тяжестью ранения.
— В этой кампании я опробую подобный метод.
— Думаешь, хорошо пойдёт?
— Не знаю, стратег. Но идея хорошая. Сортировка раненых будет идти на первой линии перевязочных пунктов, тяжёлые, после оказания возможной помощи, отправляться в полевые госпитали, оттуда, после операции, в стационарные. Я вам давал наброски своих мыслей…
— Да, Эвклид, давал, но сейчас я смогу потянуть не больше пяти-шести госпиталей на всё царство — водопровод, термы, отопление, канализация… Ты знаешь, сколько это стоит?!
— Представляю, стратег…
— Так что строительство… пяти я одобрю. Твоей задачей будет выбрать для них местоположение. Но лучше в сельской местности — её я контролирую твёрдо, а вот в полисах будут подобные этому рецидивы. Учитывай это. Дальше. Пойдём опять широким фронтом — планируй расположение своих эскулапов с оглядкой на это. При том идти будем в лесисто-гористой местности. Без дорог. Ах да, и оправь кого-то из своих помощников с Поликлетом — там же тоже нужны хирурги.
— Прекрасно, — без энтузиазма откликнулся Эвклид.
— Никто не обещал, что будет легко, таксиарх, — Эвклид поморщился, словно от зубной боли — ему, человеку до мозга костей гражданскому, очень не нравилось его воинское звание, — будем идти илами и лохами, растянувшись цепью на несколько километров.
— Мы что, на охоту собрались, стратег?
— Хм… Пожалуй, что да. Кто, как не дикий бешеный зверь мятежник и предатель для государства?
— Я… Понял, стратег…
— Отлично. Тогда больше не держу тебя.
Дождавшись, пока выйдет Эвклид, стратег и сам засобирался — надо было выступить перед армией, войска должны были быть уже построены…
В Сарды Эвмен решил пока не заходить — армия двинулась прямиком за мятежниками. Подходя к лесу, колонны начали делиться на лохи и илы и распределяться широким фронтом напротив леса. Благо, путь вражеских сил был достаточно заметен — они даже не старались скрыть своих следов. Тем лучше для пергамских солдат.
Дело шло к вечеру — маршировали на максимальной скорости, благо, постоянные тренировки давали себя знать — солдаты ещё не устали и были вполне бодры. По отрядам распределялись связки факелов, зажигательные стрелы — всё было загодя подвезено в обозе, прибывшем из Сард. Войска будут продвигаться вперёд до полуночи, потом — быстрый ужин и короткий сон — не больше четырёх-пяти часов. Лагерей решено было не строить. Как правильно отметил Эвклид, это была не война, а охота. А солдат от зверя за частоколом не прячется. Будет выставлено охранение из засад, дабы, в случае какой-либо неожиданности, не попасть впросак. Но Эвмен сильно сомневался в храбрости олигархов.
Когда над опушкой леса разнёсся вой трубы, небо уже начало темнеть — стала видна, пока что еле-еле, круглая, словно монета, луна, проявлялись самые яркие звёзды. Вся живность, вспугнутая перекличкой труб и рожков, огромным количеством света и гула от цепи солдат, затихла. Не перекликались птицы, не свиристели в траве сверчки… Человек в очередной раз демонстрировал своё превосходство природе.
— Ну, вперёд.
— Есть, стратег!
Войска вступили в лес.
— Стратег, зачем мы всё же…
— Эстарх… Ты становишься слишком любознательным. Это не харизматично. Люди любят глупых героев, а не умных военачальников.
— Стратег…
— Мы загоняем зверя.
— Что?.. — явно растерялся гиппарх.
