– Мне бы хотелось, чтобы все было по-другому. Правда. Потому что я осознаю, что теряю и что каждый миг вдали от тебя буду искать другой путь. Но нам нужно выиграть время, и когда мы это сделаем, я клянусь, что я никогда не оставлю тебя.
– Моя любовь к тебе не подвластна ни времени, ни судьбе, – продолжила она. – Эту любовь я буду хранить вечно, вот почему я не боюсь. Клянусь, что всегда буду твоей, даже в разлуке.
Отражение Ангела смерти в зеркале затуманилось, по стеклу расплылись тени.
– Ты ошибаешься, если думаешь, что я так легко смогу тебя отпустить. – Он крепко сжал челюсти, проведя пальцем по выбившимся из прически прядям у нее на шее. Он провел вниз по ее руке, пока их пальцы не переплелись. Выражение его лица стало жестким, и в нем появилась решимость, когда он проводил ее к двери. – Пойдем, Пташка. Пора навестить моего брата в последний раз.
Хотя девушка понимала, что ничего хорошего из этого не выйдет, у нее не было другого выбора, кроме как позволить Ангелу смерти вести ее за собой.
После вчерашнего бала в Фоксглав все еще царил беспорядок: бокалы с шампанским стояли на перилах из красного дерева, вокруг валялись коврики с загнутыми краями. Она и слуги так много вложили в поместье за последний месяц, и ради чего? Сигна позволила кучке незнакомцев вести себя как дикари, чтобы в итоге все равно потерять свой дом? При мысли об этом Сигна стиснула зубы.
Все внутри сжалось при виде Рока судьбы, ожидавшего ее у подножия лестницы. Он не обратил внимания на присутствие брата, даже когда пол покрылся льдом от гнева Ангела смерти.
– Уже рассвело, – только и сказал Рок, и его лицо стало суровым, когда он оценил ее выбор платья. – Ты опоздала.
Ангел смерти ответил прежде, чем она успела раскрыть рот.
– Мы были заняты.
Сигна укоризненно сжала его руку, но сдерживать Смерть было все равно что сражаться с бурей. Тучи сгущались с каждым шагом, который они делали по направлению к гостиной, и когда подошли достаточно близко, чтобы разглядеть гобелен, разложенный на столе, Сигна поняла, что лучшее, что она может сделать, – это отпустить жнеца.
Рок судьбы был готов, от его кожи исходил золотой свет, когда Ангел смерти отбросил его к стене. Свет рассеял тени, когда Рок судьбы схватил брата за горло.
– Я подарил тебе вашу ночь. – Хотя Рок судьбы говорил с поразительным спокойствием, каждое его слово было смертельно опасным. – Мы с Сигной поклялись на крови, брат, и ты получил от этого больше, чем должен был.
Позади них заскрипели ступеньки, и Сигна замерла, заметив, что Блайт выглядывает из-за угла, все еще одетая в наряд, который был на ней накануне вечером. При виде нее у Сигны перехватило дыхание. Она уже собиралась отвернуться в надежде, что девушка вернется к себе, когда заметила ее красные глаза. Блайт поспешила к кузине, прежде чем Сигна успела ее остановить, и схватила ее за руки.
– Мне так жаль, – прошептала Блайт, вспомнив о своем дяде и Уэйкфилдах, все еще спящих наверху. – Я не должна была взваливать на тебя это и принимать от Ариса этот гобелен. – Она бросила взгляд на полотно и дышала так тяжело, что Сигна крепче сжала ее, чтобы успокоить.
– Все в порядке, – сказала Сигна и говорила правду. Хоторны стоили этой жертвы.
Рок судьбы позаботился о гобелене, подложив под нити пергамент, чтобы собрать кровь. Сигна замерла при виде маленького складного ножа, лежавшего рядом с ним, почувствовав запах спирта, которым он обработан.
Ангел смерти и Рок судьбы все еще держали друг друга за горло, и Сигна знала, что медлить больше нельзя. Если она поторопится, Ангел смерти не сможет ее остановить. Ему не придется наблюдать.
– Мне нужно, чтобы ты знала, что я всегда хотела только самого лучшего для твоей семьи. – Сигна с трудом выговаривала слова, заставляя себя привлечь внимание Блайт. – Я никогда не хотела причинить боль Перси. Я любила его, Блайт, правда любила. Я хотела, чтобы он стал и моей семьей тоже.
Блайт крепче обняла Сигну и спросила:
– Тогда почему ты так поступила?
Сигна заставила себя улыбнуться и отпустила руку Блайт.
– Потому что ты заслуживала жить. Ты заслуживаешь весь мир, Блайт, и я надеюсь, что ты покоришь его. – Это была чистая правда. Сигна отвернулась, прежде чем успела заметить, как глаза Блайт наполнились слезами, и подошла к столу, чтобы взять складной нож. Рукоять была гладкой и холодной, и она с содроганием открыла его, вспомнив ночь смерти Перси и то, как он пытался напасть на нее с точно таким же лезвием.
Она крепко сжала нож в руке, отгоняя воспоминания. Стоявшие где-то позади нее мужчины, очевидно, заметили движение. Ангел смерти закричал что-то неразборчивое, когда бросился к ней, но его слова заглушал стук крови в висках, когда она поднесла острие к пальцу и проколола кожу.
Мир погрузился в тишину, когда хлынула кровь, и Сигна могла думать лишь о том, как странно, что одна капля может изменить все. Одна капля, и ее жизнь изменится навсегда.
Но, похоже, в тот день судьба так и не уготовила ей перемены.
