Наперстянка полностью

Ангел смерти держался в стороне, когда ушел Рок судьбы, но теперь медленно придвинулся к Сигне. Он поцеловал ее в макушку, и Сигна чуть не заплакала, когда у нее не перехватило дыхание. Она упала в его объятия, а Блайт направилась к двери. Однако на пороге она обернулась, но посмотрела не на кузину, а на Ангела смерти, тени которого скользнули к нему.

Поначалу он этого не заметил, потому что это было невозможно. Просто случайность. И все же он замер, а Блайт продолжала пристально смотреть на него, с интересом рассматривая его человеческое обличье.

– Позаботься о ней. – Блайт говорила с угрозой. – Кажется, моя кузина видит в тебе что-то хорошее, и я доверяю ее суждениям. Но если она проронит хотя бы одну слезинку из-за тебя, я насажу твою голову на пику. Ты понял?

Сигна и Ангел смерти лишись дара речи и молча смотрели на удаляющуюся фигуру Блайт. Они прислушались к тихому стуку ее каблуков по ступенькам, прежде чем повернуться друг к другу, и Сигна ничего не могла поделать, когда ее всхлипывания сменились смехом.

Они победили. Победили Судьбу. Спасли Элайджу, наладили отношения с Блайт, и теперь Сигна могла видеть Ангела смерти. Могла даже обнять его.

– Блайт тебя видит.

– Может, потому, что она не раз стояла на пороге смерти, – предположил Ангел смерти, хотя его голос звучал отстраненно, поскольку он продолжал смотреть на дверь. Сигна снова рассмеялась и обхватила ладонями его лицо, чтобы привлечь внимание, чем он с радостью воспользовался и наклонился навстречу ее прикосновению.

– Ты такая теплая, – прошептал он, – я чувствую твое тепло. – Его голос дрожал, и ее снова захлестнули эмоции. Сигна обвила его руками и поцеловала, пока по щекам текли горячие слезы счастья. Она обхватила его ногами, и Ангел смерти едва не повалил ее на пол, крепко прижав к себе. Сигна наслаждалась каждым вздохом, прижимаясь к его груди. Они победили, и она не собиралась отпускать его до конца своих дней.

– Я так понимаю, ты остаешься? – Тилли стояла на пороге гостиной, просунув голову внутрь. Разочарование, прозвучавшее в ее голосе, заставило Сигну хихикнуть, когда она сжала руку Ангела смерти в своей и подняла их навстречу духу.

– Да, боюсь, так и есть.

Появились два других призрака и робко оглядели комнату. В конце концов мать Тилли, Виктория, посмотрела на Сигну, неодобрительно поджав губы.

– Мы были бы признательны, если бы ты, по крайней мере, подобрала компанию получше. На мой вкус, тот человек был слишком ярким.

– Там была еще одна девушка, которая тоже сияла, прямо как горничная леди, – добавила Тилли заговорщицким голосом. – Я бы хотела, чтобы ты перестала их приглашать. Свет раздражает мои глаза.

Сигна почувствовала, как улыбка сползает с ее лица.

– Был еще кто-то, от кого исходило сияние? Кто именно?

– Она сейчас спит наверху. – Оливер в очередной раз попытался вытереть пятно, которое никогда не сможет убрать со своих очков. – С ней все так возятся.

– Как и должно быть! – пропищала Виктория. – Она беременна и не замужем! Они не спали всю ночь, придумывая способы скрыть это. Как это пошло.

– Они говорят об Элизе, – перебила Сигна, игнорируя вопрос Виктории. Тяжело дыша, она повернулась к Ангелу смерти, который выглядел гораздо спокойнее нее.

– Ты исцелила ее, Сигна. – Он заправил ей за ухо прядь волос, которая уже не была серебристой. – Возможно, свечение – побочный эффект.

– Возможно, – эхом отозвалась девушка, хотя смысл слов не укладывался у нее в голове. – Но я никогда ничего не делала для Элейн.

Именно тогда она увидела то, что ускользнуло от Ангела смерти. Недостающую деталь. Сигна выпрямилась и посмотрела туда, где совсем недавно лежал гобелен. Там Блайт порезала ладонь, и все же на дереве не осталось ни капли крови.

Холодный ужас охватил Сигну, когда она подумала о кольце света на пальце безупречной руки.

– Ангел смерти. – Сигна произнесла его имя медленно, обдумывая каждое слово, прежде чем произнести его вслух. – Однажды Эмити спросила меня, есть ли что-то постоянное в магии Жизни. То, что оставалось неизменным всякий раз, когда я ее использовала. – От виноградных лоз в кабинете Элайджи до жеребенка в конюшне и снова с Элизой… во всех случаях рядом с ней была Блайт. – Что, если причина сияния не во мне? – Она подняла кочергу, о которую Блайт порезала руку, – неприятно теплую из-за близости к камину – и обнаружила, что на ней нет ни пятнышка крови. Ангел смерти забрал ее у нее, но как только его пальцы коснулись железа, он отшатнулся, а кочерга с лязгом упала на пол.