– Вы уверяете меня? – Принц Арис говорил с таким весельем, что Блайт пришлось вонзить ногти в ладонь, чтобы не наброситься на него с оскорблениями. – Без обид, мисс Хоторн, но я едва знаю вас обоих. Даже если ваш отец действительно такой замечательный человек, вы можете представить, что случится с моей репутацией, если я встану на его защиту, а ваши
Она ожидала, что так и будет. С какой стати принцу помогать двум незнакомцам? Глупо было вообще приезжать в Вистерию, но она должна была попытаться.
Она видела, что Арис сделал всего пару глотков, а между тем снова подлил себе чаю и положил еще один кусочек сахара. Мир Блайт рушился на глазах, изнашиваясь и сгорая по краям, а он беззаботно пил свой чай.
– Передумайте, – сказала она, и это был не вопрос, а мольба. – Знаю, что он для вас ничего не значит, Ваше Высочество, но для меня он значит все. Я прошу вас передумать.
Вены на его предплечье запульсировали, когда он сделал еще один глоток из чашки, смехотворно маленькой в его руках, и на этот раз выглядел так, словно ему не понравился вкус чая. Он открыл рот, чтобы ответить. Конечно, чтобы сказать нет. Но Блайт не дала ему шанса. Она встала, отбросив всякое смущение и приличия, и поставила на кон все, что у нее было.
– Вы приехали сюда в поисках жены. – Она не позволила своему голосу сорваться, несмотря на бурлящие внутри эмоции. Для них еще будет время, когда она останется одна в своей комнате. – В обмен на помощь моему отцу возьмите меня.
Казалось, даже огонь замер, когда во дворце воцарилась тишина. Пламя перестало трещать на секунду, когда принц Арис запрокинул голову и рассмеялся. Его смех был не жестоким, скорее удивленным, но Блайт все равно почувствовала, как сгорает от стыда.
– Я вполне выгодная партия, – защищалась она. – У моей семьи есть деньги и положение, и я знаю, как вести домашнее хозяйство. Я уверена, что смогла бы научиться управлять и дворцом. Признаю, у меня плохо с вышивкой, но я умею играть на фортепиано и арфе и хорошо владею кистью. Я также могу составить отличную компанию для прогулок и буду гораздо более очаровательной, чем прежде, в общении с вами.
Принц Арис позволял ей говорить, пока она не посинела от недостатка кислорода, продолжая перечислять свои достоинства. Он подпер подбородок рукой, не пытаясь остановить Блайт.
– Я одна из самых завидных невест сезона. Вы можете прочитать об этом в газетах. Все, что вам нужно сделать, – это спасти моего отца, – добавила девушка, когда исчерпала все свои достоинства, какие только могла придумать. Следует признать, что большинство из них были надуманными. В то время как Марджори научила ее всем тонкостям и хитростям, которые должна знать женщина ее статуса, Блайт всегда считала, что из нее выйдет никудышная жена. Но едва ли принцу нужно было знать об этом.
– Ваша речь действительно впечатляет. – Принц прочистил горло, и его веселый настрой улетучится. – Возможно, все это было правдой, но после скандала с лордом Уэйкфилдом союз с вами с трудом можно назвать выгодной партией. – Его взгляд скользнул по ней с головы до ног, не похотливый, скорее оценивающий. Но когда он заговорил снова, его голос звучал почти как мурлыканье: – Как бы я ни был польщен, любовь моя, я не могу на вас жениться. Но, возможно, помог бы за определенную плату.
Кровь застыла в жилах Блайт, и она не смогла скрыть охватившее ее отчаяние, когда произнесла:
– Назовите цену.
Именно это он и сделал:
– Я не могу жениться на вас, но мог бы жениться на вашей кузине.
Страх пронзил Блайт насквозь.
– Сигна – не вариант.
– Я понимаю, она вам небезразлична…
– Вы ошибаетесь. – Блайт не ожидала, что слова прозвучат так резко, но не стала брать их обратно. – Мне нет никакого дела до Сигны Фэрроу.
Арис наклонился вперед, упершись локтями в колени.
– Вы двое были не разлей вода, когда я в последний раз видел вас вместе.
Блайт знала, что отвечать не следует. Знала, что, если попытается рассказать правду, ей ни за что не поверят. Она хотела хранить секрет в себе до тех пор, пока не разберется в собственных чувствах и не поймет, что с ними делать. Решение было твердым, поэтому она попыталась отвести взгляд от Ариса. Но стоило ей отвести взгляд, как у нее заболела шея, а движения стали медленными и скованными.
Она приложила руку к шее, массируя ее, но оцепенение не прошло, пока она снова не посмотрела на него. Ее взгляд словно был прикован к нему. Словно неведомая сила заставляла ее смотреть прямо на принца.
– Что изменилось, мисс Хоторн? – Его голос отдавался эхом, как будто они сидели далеко друг от друга. Их взгляды встретились, и золотые глубины его глаз заворожили ее. Девушка моргнула, и цвета в комнате стали ярче, а Ариса окутало туманное сияние.
– Вы мне не поверите, – сказала Блайт, не чувствуя, как шевелятся губы.
Она не могла совладать с собой, была не в силах отвести взгляд, когда Арис прошептал:
– Вы даже не представляете, во что я верю.
