Написано кровью моего сердца полностью

— Ну, от них точно сильно потеешь, — сказала я и потянулась за ложкой. — Если пот не испарится, он никак не остудит тело. — Влажность зашкаливала, но я все же налила сладкого кофе в блюдце и подула на него. — Отвечая на вопрос Джейми, скажу, что шла купить рыбы к ужину. А вы, джентльмены, чем были заняты?

В сидячем положении я чувствовала себя устойчивее, да и рядом с Джейми и Фергусом ощущение угрозы, преследовавшее меня на улице, притупилось. Однако при мысли об анонимном письме волоски на шее, несмотря на жару, вставали дыбом.

Джейми с Фергусом переглянулись, и последний пожал плечом.

— Проверяли средства, — ответил Джейми. — Ходили по складам, общались с капитанами судов.

— Правда? — От сердца сразу отлегло. Похоже, это были первые настоящие шаги к возвращению домой. — И как у нас со средствами? — Большая часть наличности ушла на плату за лошадей, форму, оружие, еду для работников Джейми и другие связанные с войной траты. В идеале Конгресс должен возместить эти расходы, но судя по тому, как отзывался о Конгрессе генерал Арнольд, надеяться особо не стоило.

— Немного имеется, — улыбнулся Джейми. Он прекрасно понимал, о чем я думала. — Я нашел, кому продать мерина за четыре фунта.

— Хорошая цена, — неуверенно сказала я. — А разве… в дороге нам не понадобится лошадь?

Не успел он ответить, как в кофейную с недовольным видом вбежал Жермен со стопкой газет под мышкой. Как только мальчик заметил нас, он перестал хмуриться и обнял меня.

— Grand-mere! Что ты тут делаешь? Maman сказала, ты отправилась за рыбой.

— Точно. — Вспомнив о стирке, я вдруг почувствовала себя виноватой. — То есть я как раз шла на рынок… Хочешь печенье, Жермен? — Я подала ему тарелку, и мальчик просиял.

— Только одно, — строго сказал Фергус. Жермен закатил глаза, но послушно взял одно миндальное печенье, с показным видом подняв его двумя пальцами.

— Papa, кажется, тебе пора домой, — сообщил Жермен, управившись с лакомством в два укуса.

Фергус удивленно поднял темные, хорошо очерченные брови.

— С чего это вдруг?

— Дело вот в чем, — продолжил парнишка, слизывая сахар из уголков рта и поглядывая на остатки печенья. — Бабушка Джанет пригрозила заколоть мистера Соррела щипцами для белья, если тот не перестанет доставать Maman. Настроена она серьезно, — задумчиво добавил Жермен и потянулся к тарелке за крошками.

Фергус заворчал. Таких звуков я не слышала от него с тех пор, как встретила на улицах Парижа, где он был бездомным восьмилетним воришкой.

— Что еще за мистер Соррел? — обманчиво спокойным голосом спросил Джейми.

— Владелец таверны, который по дороге на работу заходит купить газету — и заодно бросить похотливый взгляд на мою жену, — резко ответил Фергус, после чего отодвинул скамейку и встал. — Прошу извинить, миледи, — отвесил он мне поклон.

— Пойти с тобой? — предложил Джейми и тоже поднялся, однако Фергус качнул головой и надел свою треуголку.

— Не стоит. Он трус. Увидит меня и сразу бросится наутек. — Фергус внезапно улыбнулся, обнажая белые зубы. — Если твоя сестра еще от него не избавилась.

Он вышел, оставив Жермена во власти тарелки с угощением; мальчик сгреб печенье и осторожно сунул в карман, а потом положил на прилавок новые газеты, забрал вчерашние — потертые и залитые кофе — и получил деньги от хозяйки кафе.

— Во время проверки средств Фергус ничего не говорил о том, как идут дела в типографии? — тихо спросила я, чтобы Жермен ничего не услышал.

— Говорил. — Джейми поднес чашку к носу и скривился. Не кофе, а одно название: пара настоящих зерен среди настоя из цикория и других ингредиентов. Я вытащила из блюдца кусочек обугленного желудя и добавила в напиток еще сахара.

Вообще-то типография приносила неплохую прибыль, особенно теперь, когда главный конкурент Фергуса, лоялист, покинул город вместе с британской армией.

— Правда, расходов тоже много, — объяснял Джейми. — После ухода солдат траты возросли. Защищать идущий в город транспортный поток некому, так что достать бумагу и чернила стало труднее. Чем опаснее ситуация на общественных дорогах, тем реже доставляют заказы с печатными книгами, а если и доставляют, то их надо страховать — иначе потеряются. Да и страховка недвижимости стоит дорого, — добавил он и, сморщив нос, выпил кофе в три глотка. — Марсали ругает Фергуса за эти расходы, но ему ведь известно, что случилось с моим имуществом в Эдинбурге. Он рассказал мне еще кое-что, о чем Марсали не знает.

— Что же? — Я настороженно глянула на Жермена: мальчика явно занимала оживленная беседа с девушкой за прилавком — ему удалось рассмешить ее, хоть та и была старше на два-три года.

— Ну, про угрозы от разных людей: некоторым не нравится то, что он публикует, другие жалуются, что он не печатает материалы их сочинения. Кто-то занимается вредительством — ворует газеты из кофейных и таверн, а потом разбрасывает по улице, — однако, если верить Фергусу, с отъездом мистера Данфи ситуация улучшилась.

— Данфи? Печатника-лоялиста?