Наполеон пожелал ассоциировать собственное возвышение с судьбами своих коллег, и один консул (Камбасерес) был удостоен титула архиканцлера империи, а второй, Лебрен, стал архиказначеем империи. Два брата императора — Жозеф и Луи — также получили новые назначения: первый стал великим электором, а второй коннетаблем. Наполеон ввел звание маршала, и восемнадцать его товарищей по оружию стали маршалами империи. Император завел своих гофмейстеров, конюших и т. д. Должности префектов дворца были сохранены. Императрица, со своей стороны, имела своих фрейлин. Гофмейстеры и фрейлины принадлежали частично к старым семьям, которые хотели получить места при императорском дворе, за исключением некоторых лиц, которые остались верны роялистским убеждениям или которые посчитали делом чести числиться в оппозиции.
Несмотря на некоторое отвлечение от прямых дел, вызванное вступлением на императорский трон и организацией собственного двора и имперского государства, внимание Наполеона никогда не отвлекалось от опасной войны, которую он вынужден был вести против Англии. С присущей ему активностью он спешил принимать административные меры, вести дипломатические переговоры и военную подготовку. Он приказал сформировать несколько военных лагерей, один из них — в Компьене. Этот лагерь находился вблизи от Парижа, до него можно было легко добраться. Первый консул, ставший императором, отправился на несколько дней в Компьенский замок, чтобы проинспектировать лагерь, который в основном составляли драгунские полки.
На восхождении к пику власти Наполеон призвал на свою сторону всех способных людей, независимо от их происхождения, прошлых дел и убеждений.
Император всегда мысленно присутствовал в Булонском лагере. У него вошло в правило писать ежедневно по нескольку писем министрам морских дел, военных дел и общественных финансов, а также адмиралу Бюри, командующему флотилией, и генералам, командующим различными подразделениями войск, чтобы информировать их о своих планах. Одни и те же приказы он повторял по нескольку раз, полагая, что подобными напоминаниями он поддерживает бдительность военных.
Несмотря на короткое расстояние от Парижа до Булони, расстояние, которое было еще больше сокращено благодаря учреждению курьерской службы, Наполеон чувствовал, что его присутствие на месте обязательно для обеспечения более скорого и точного исполнения его приказов, поскольку приближалось время, когда возникнет благоприятная возможность для поднятия парусов. В результате он снял дом в маленькой деревне Понт-де-Брик, расположенной примерно в половине лье от Булони, и организовал там свой штаб. Это был маленький сельский дом, весьма бедно выглядевший и состоявший из главного здания с двумя флигелями и нескольких подсобных помещений во дворе.
Император поселился там, взяв с собой несколько помощников из числа военных и гражданских лиц. Почти все его конюшие были полковниками или генералами. Некоторые из гофмейстеров имели армейский чин. Наполеон ежедневно ездил из Понт-де-Брик в Булонь в самые необычные часы, если только его не задерживало какое-нибудь срочное дело. Как правило, он возвращался к обеду, приглашая к столу двух или трех генералов или высших офицеров, военных или морских, артиллерийских или из инженерного состава. Министры вызывались из Парижа, если у них было какое-нибудь серьезное сообщение. Аудитор Государственного совета привозил ему каждую неделю портфель с документами, над которыми работал совет министров. Каждое воскресенье в гостиной комнате проводилась месса, для которой был приспособлен портативный алтарь. Все военные и гражданские лица, обитавшие в Понт-де-Брик, были обязаны присутствовать на мессе.
Месторасположение Понт-де-Брик позволяло императору приезжать в Булонь в самый неожиданный момент, что давало ему возможность видеть все собственными глазами и принимать меры для исправления критических ситуаций. Решив, что он находится недостаточно близко от места проводимых операций, он выбрал для себя наблюдательный пункт на холме, с которого можно было обозревать морской простор и который назывался башней д’Ордр.
