— Вас ждали здесь с нетерпением мадам, — сказал он, — и очень рады вашему приходу. Ваше имя уже выучили наизусть, уже успели рассмотреть вашего мужа и, пожав плечами, сказать: "Несчастная жертва", а мне велено пригласить вас на танец.
— Я не танцую, — ответила Мария. — У меня нет ни малейшего желания танцевать.
Раздосадованный князь отошел, чтобы доложить Императору об отказе Марии. Наполеон, заложив руки за спину, вновь принялся нервно выхаживать туда-сюда. И вдруг он увидел, как к Марии подошли Луи де Перигор и Бертран. Бледный от негодования и ревности, он подозвал Бертье и приказал тотчас же отрядить Перигора в Шестой корпус, находящийся в Пассарге, а Бертрана — в штаб-квартиру князя Жерома под Бреслау.
Несколько успокоившись после этого, Император прошелся по салону, силясь придать себе более любезный вид. Но поведение Марии настолько озадачило его, что он все время и спрашивал и отвечал невпопад. Так, у молодой девушки он спросил, сколько у нее детей, у пожилой дамы — не ревнует ли ее муж, у дамы чрезмерной полноты — любит ли она танцевать.
Наконец Наполеон оказался рядом с Марией. Послушаем, как она сама описывает эту сцену:
"Я так волновалась, что забыла сделать реверанс, и была так бледна, что он, показав пальцем на мое лицо, а затем на платье, внезапно сказал:
— Белое на белом не смотрится…
Затем, оставив суровый тон, спросил, отчего я выгляжу смущенной.
— Первого января вы были раскованней и разговаривали с легкостью… Ну же, отвечайте, — сказал он после короткой паузы. — Я уверен, что у вас есть что сказать мне.
Немного успокоившись, я ответила, что у меня, как и у всех моих соотечественников, есть только одно желание: восстановление с его помощью Польши в ее прежних границах после разгрома ее врагов.
Легко сказать, — прошептал он, — но вы должны помочь мне воплотить это… — И добавил совсем тихо: — Но это не та встреча, которой я вправе ждать…"
На этот раз графиня не нашлась, что ответить, и Наполеон удалился. Через некоторое время он уехал. Мария, став объектом всеобщего внимания, пожелала вернуться домой. В карете, довольная, что все кончилось, она облегченно вздохнула.
Но все еще только начиналось… Ее всегда всем довольный и веселый муж с радостью принял приглашение на обед, на котором должен был присутствовать Император.
— На этот раз ты наденешь более элегантное платье, я заметил, что ему не очень понравился твой туалет. Для меня будет большая честь, если ты ему понравишься.
Мария с удовольствием влепила бы мужу пощечину, но вместо этого лишь слегка потрепала его по подбородку.
Вскоре служанка принесла записку, и Мария прочитала ее, с трудом разбирая каракули:
"Я видел только Вас, восхищался только Вами и желаю только Вас… С нетерпением жду ответа, который сможет успокоить мое страстное нетерпение.
В этом послании Мария видела лишь слова: "… Я желаю только Вас".
Шокированная, она разорвала записку и велела сказать Жозефу, ждавшему на улице, что ответа не будет. Князь, патриотизм которого придал ему отваги, поднялся вслед за камеристкой и через запертую дверь стал просить Марию уступить желаниям Императора. Сначала он умолял ее, потом начал угрожать.
— Подумайте о Польше, мадам. Для ее возрождения каждый из наших солдат готов отдать жизнь. Ваш долг не менее высок.
В течение получаса военный министр проявлял красноречие, убеждая Марию принести в жертву красоту и целомудрие. Он ушел, так и не получив ответа.
Ранним утром следующего дня графиня получила вторую записку и, не вскрывая, отослала ее обратно. Едва она встала, как ее известили о приходе правительственной делегации. По приказанию мужа она вынуждена была принять прибывших.
Самый старший из государственных мужей строго посмотрел на нее и сказал:
— Вы должны уступить, мадам, ввиду важнейших и чрезвычайных обстоятельств, от которых зависит судьба нации, и чтобы не оказаться плохой дочерью своего народа.
Когда делегация ушла, Мария отправилась к мадам Вобан, любовнице князя Понятовского, посоветоваться по поводу туалета для званого обеда.
Мадам Вобан тоже была в числе заговорщиков. И она прочитала Марии письмо, подписанное самыми известными людьми Польши:
"Мадам, незначительные причины часто приводят к далеко идущим последствиям. Во все века женщины оказывали огромное влияние на мировую политику. И минувшая, и современная история подтверждают эту истину. Поскольку мужчинами управляют страсти, вы, женщины, являетесь одной из самых мощных и властных сил. Мужчина отдает жизнь во имя чести Родины, а от женщины не требуется иных жертв, кроме тех, что предназначены ей самой природой, и она обязана принести их тогда, когда они будут необходимы, как бы ей ни было тяжело. И знайте, мадам, как сказал великий человек, святой Фенелон: "Мужчины, имеющие власть над обществом, не могли бы совершить ни одного великого дела, если бы им не помогали женщины". Услышьте эти слова и свершите благое дело, которое ждут от Вас двадцать миллионов поляков".
Заметив, что Мария взволнована, мадам Вобан прочитала ей второе письмо — от Наполеона, то самое, которое та отказалась распечатать:
