На доклад министра иностранных дел Нессельроде об этом разговоре в Вене Николай I наложил следующую резолюцию: «Я вовсе не так понимаю: с той поры, как Луи Наполеон, избранный глава нации, хочет стать государем, он становится узурпатором, потому что божественного права ему не хватает (
Как утверждают современные российские историки, «целый год, следуя строжайшим инструкциям из Петербурга, Киселев, возведенный к тому времени снова в ранг посланника, настойчиво, но тщетно пытался отвратить Луи Наполеона от совершения „рокового“ шага — провозглашения империи, убеждая его сохранить республику и остаться президентом. Посланник императора Николая сделался ревностным защитником республиканской формы правления. Разумеется, русские наставления и увещевания только раздражали будущего императора французов, полагавшего, что единственным врагом затеянного им переворота является Николай I»[1077].
В европейских правительственных кругах мало кто сомневался, что следующим шагом после
В это же время активный сторонник идеи провозглашения империи во Франции Персиньи сказал министру иностранных дел Тюрго, что империя в стране будет «создана в любом случае и неважно — согласится на это Европа или нет»[1079]. При этом сам же министр внутренних дел Франции стал делать все возможное, чтобы «подтолкнуть» Луи Наполеона и общественное мнение к принятию этого шага[1080]. Последующие лето и осень во всех департаментах страны принимались петиции и обращения к главе государства, Государственному совету и другим органам власти с просьбой присвоить Луи Наполеону титул императора и ввести во Франции императорское правление. Персиньи рассылал инструкции местным органам власти, где указывал, как надо себя вести в этой ситуации. Он был инициатором массовых мероприятий и манифестаций, в ходе чего выражались горячие просьбы о создании империи.
14 сентября 1852 года Луи Наполеон начал свое знаменитое турне по стране. По продолжительности и охвату регионов эта поездка оказалась самой насыщенной из всех, в которых ранее участвовал глава государства. Принц-президент побывал в Орлеане, Бурже, Невере, Мулене, Роане и Сент-Этьене. Везде его встречали восторженные толпы с криками: «Да здравствует Император! Да здравствует спаситель Франции!»[1081]
19 сентября Луи Наполеон прибыл в Лион, где на следующий день открыл памятник Наполеону I. В ходе этого мероприятия он выступил с речью и сказал, что Наполеон I «уничтожил старый режим, восстановив все хорошее, что было в нем», и «уничтожил революционный дух, оставив только положительные моменты революции»[1082]. Президент добавил, что на всем пути следования из Парижа его встречали приветственными криками, но осторожность и патриотизм требуют от Франции благоразумия, прежде чем приступить к изменениям. «Мне все еще трудно понять, — говорил Луи Наполеон, — под каким именем я могу оказать самые большие услуги. Если скромная должность президента может облегчить выполнение миссии, которая мне доверена, то я не должен из личной заинтересованности пытаться поменять эту должность на звание императора»[1083]. Когда Персиньи в Париже прочитал речь Луи Наполеона, он подумал, что эти слова главы государства не идут на пользу восстановления империи, и распорядился не печатать в газетах отчет о речи президента в Лионе[1084].
Далее путь главы государства лежал в Гренобль, Валанс и Авиньон. В Марселе, куда 26 сентября 1852 года прибыл Принц-президент, полиция обнаружила бомбу, которой предполагалось убить Луи Наполеона[1085]. Это вызвало взрыв народного недовольства и новую волну выражения любви к главе государства, несмотря на то что оппозиция предпочитала говорить, что эту бомбу организовали сами власти, чтобы поднять популярность Луи Наполеона. Однако кое-кому в Марселе не понравилось, что в своих речах глава государства несколько раз упомянул о развитии западных портов страны с целью расширения контактов с Америкой.
После пребывания в Тулоне, Ниме и Монпелье Принц-президент отправился в Тулузу, куда прибыл 5 октября. На всем пути следования его приветствовал народ, скандировавший «
