Разгорелись ожесточеннейшие споры о дальнейшей судьбе короля. Жирондисты взывали к тому, что конституция 1791 г. гарантировала неприкосновенность его особы. Коммуна Парижа, секции, народные общества, клубы и коммуны провинциальных городов добивались предания Людовика XVI суду за измену. В Конвенте их требования поддержали монтаньяры. 15-16 января 1793-го в Конвенте состоялись голосования по трем вопросам: виновен ли Людовик в злоумышлениях против свободы нации и безопасности государства; нужна ли апелляция к народу по поводу вынесенного приговора; какого наказания заслуживает Людовик? Король был почти единогласно признан виновным; большинством голосов Конвент отверг апелляцию к народу; 387 голосами против 334 Людовик был приговорен к смертной казни. Действительно, чего там апеллировать к народу: «народ» уже заседает в Конвенте. 21 января 1793 г. Людовик XVI был гильотинирован.
Королеву Марию-Антуанетту перевели в тюрьму Консьержери. В маленькой сырой камере ее ни на минуту не оставляли одну, даже во время утреннего и вечернего туалета. У нее отобрали все вещи, в том числе маленькие золотые часики - ее талисман.
Конвент и Комитет общественного спасения использовали членов королевской семьи как разменную карту: отдадим в Австрию, если прекратите движение своих войск! Ведь Мария-Антуанетта Габсбургско-Лотарингская была младшей дочерью эрцгерцога Австрии Франца I и родной сестрой правящего эрцгерцога Леопольда II. Но конечно же, «народ» очень беспокоился по поводу жизни такой страшной женщины. Под давлением мнения «народа» 16 октября 1793 года суд вынес королеве смертный приговор.
В день казни Мария-Антуанетта поднялась очень рано, часов не было, так что она не могла следить за временем. С помощью служанки королева надела белое платье. Охрана следила за каждым ее шагом, и, наконец, осужденная воскликнула: «Во имя Господа и приличия, прошу вас, оставьте меня хотя бы на минуту!» Не оставили.
Гильотина находилась неподалеку от дворца Тюильри, на площади Революции. По пути к месту казни толпа выла и улюлюкала, швыряла гнилыми фруктами и какашками. Когда Марию-Антуанетту подвели к плахе, она неосторожно наступила на ногу палачу. «Простите меня, мсье, я не нарочно». Это были последние слова французской королевы.
Железной рукой загоним человечество в счастье!
Плакат, висевший в Соловецком лагере особого назначения
Третий этап Французской революции (2 июня 1793 - 27/28 июля 1794) марксистские историки называют «высшим этапом» или «революционно-демократической якобинской диктатурой».
Якобинской она была. Организовали ее члены политического клуба, находившегося в доминиканском монастыре Святого Якова. В число якобинцев входили прежде всего члены революционного Якобинского клуба в Париже, а также члены провинциальных клубов, тесно связанных с основным клубом.
Вот как диктатура может быть демократической, не постигаю. Скорее уж диктатура была утопической.
Все шло, как всегда, во всех революциях. Сначала крушение «старого режима». Все в восторге, все произносят длинные прочувствованные речи, все ожидают немедленного наступления царства справедливости и разума, благодати и некоего высшего порядка. За счет чего все это должно наступить, никто объяснить не может, но все ждут.
Вскоре страна лежит в руинах, экономика в полном коллапсе, наступает полный хаос. Власть как таковая фактически исчезает. В стране властвуют вооруженные отряды, от армии до обычнейших разбойников.
Власть валяется под ногами, и ее подбирает самая радикальная из революционных организаций. В России вторая стадия революции продолжалась с мая по ноябрь 1917 г. У французов растянулась на больший срок — с 1789 по 1793 г.
Если радикальных организаций несколько, при переходе к третьей стадии они враждуют между собой. Так враждовали и воевали анархисты, левые эсеры и коммунисты в Российской империи. Так воевали во Франции якобинцы, «бешеные», кордельеры, «Социальный кружок» Марата, приверженцы газеты «Друг народа»...
К лету 1793 года правительство Франции контролировало только треть территории страны. Нехватка продуктов стала нормой. Власть поддерживал все меньший процент населения.
2 июня 1793 г. 80 тысяч национальных гвардейцев и вооруженных граждан окружили здание Конвента, направили на него даже пушки. Конвент принял декрет об исключении из своего состава 29 депутатов-жирондистов. Якобинцы остались одни!
Если якобинцам можно, почему «бешеным» нельзя? «Бешеные» поднимают новое восстание в Париже 4-5 сентября. Они требуют введения «максимума»: то есть установления максимальной цены продуктов. Цены-то растут и растут. Разгромив восстание и перестреляв-пересажав «бешеных», якобинцы взяли многие их лозунги. 29 сентября они ввели максимум.
