В Валенсии, когда наконец король впервые открыто заговорил с народом, страна услышала новый Валенсийский манифест своего правителя: дни кортесов были сочтены, как и существование конституции. Испания вновь была объявлена абсолютной монархией, какой она была до 1808 года. Страна освободилась от врага, но, как оказалось, для того чтобы вернуться к прошлому, и на этот раз в наиболее мрачной и ужасающей форме, – форме неслыханной в Испании реакции. Первые послевоенные годы были временем жесточайшей реакции. В течение шести лет (1814–1820) Фердинанд VII правил единолично и «абсолютно». Деятельность правительства являлась лишь воплощением воли короля и не знала противовеса и ограничений со стороны соответствующих совещательных органов.
Через некоторое время после Валенсийского указа король Фердинанд приказал заточить в тюрьмы всех либералов, выступавших с нападками «на суверенитет Его Величества». Сотни арестов и процессов были рассчитаны на народное одобрение. Когда судебные процессы затянулись, Фердинанд VII лично приговорил около шестидесяти подсудимых к различным срокам тюремного заключения и ссылкам в замки, монастыри и тюрьмы Африки. Хотя наказание было не особенно и жестоким, все же впервые столь большое число людей осуждалось по идеологическим причинам. Страну вынуждены были покинуть многие видные деятели, поскольку преследовали не только за политические идеи, преследовалось все мало-мальски талантливое и прогрессивное. Вынужден был уехать в изгнание и великий художник Франсиско Гойя. Личность короля Фердинанда Желанного, первоначально бывшего символом национальной борьбы, стала крайне непопулярной в стране. Испанский историк Педро Рухела писал: «Король Фердинанд VII был заговорщиком, восставшим против собственного отца, его пугало все прогрессивное и передовое. Он сделал ставку на реставрацию средневековых традиций в Испании. Ему не было никакого дела до проблем страны, остро нуждавшейся в реформах». Таким образом, недостатки политической системы, характер короля, посредственность его советников и недостаточная стабильность министерств превратили шестилетнее правление Фердинанда в полное фиаско, не оправдавшее надежд большинства испанцев.
Недовольство народа обострялось тяжелым экономическим положением страны. Послевоенная Испания была опустошена, сельское хозяйство истощено, промышленность развалена, дороги разрушены, а государственная казна пуста. Американские колонии начали обретать независимость, что сказалось на заморской торговле. В 1817 году последовало резкое сокращение торгового оборота. Гнев и недовольство торговой буржуазии из-за хаоса в экономике заставили ее обратить свои надежды на либеральную оппозицию. Свои причины для недовольства имелись и у военных. Сокращение армии и возвращение из французского плена офицеров привели к тому, что большинство из них не могло найти работу. Остальные не получали постоянного денежного довольствия или были переведены на незначительные места в провинции.
Советская историография характеризовала период 1814–1820 годов как наступление феодально – абсолютистской реакции и «торжество» контрреволюции, пришедшей на смену буржуазной революции 1808–1814 годов и вызвавшей следующую революцию. Каждый год во время шестилетнего правления Фердинанда происходили вооруженные выступления военных против правительства – так называемые «пронунсиаменто», которым с начала XIX столетия суждено будет стать особой испанской формой борьбы с правящей политической системой. «Пронунсиаменто» ветерана войны с Наполеоном, полковника Рафаэля дель Риеш, который 1 января 1820 года в Кабезас-де-Сан-Хуан вновь провозгласил Кадисскую конституцию, было лишь одним из многих. Но его поддержали Лa-Корунья, Барселона, Памплоне, Гранада и другие районы страны. На сторону восставших перешла даже часть королевской гвардии.
В Испании, да и в других странах Пиренейского полуострова (Италия, Португалия) армия сыграла в революции особую роль. Использование армии в революционных целях в первые годы Реставрации облегчалось тем, что во всех звеньях командного состава оставалось много военных, которые выдвинулись в период наполеоновских войн из рядов буржуазии и отчасти из народной среды. Сохранив передовые политические взгляды, они со своей стороны были противниками реакционного режима Реставрации и желали государственных преобразований. Многие видные военачальники, отличившиеся в годы «герильи» в Испании, после войны возглавили борьбу за конституционный режим в стране. Либеральной ориентации придерживались и группы офицеров-дворян в Сардинском королевстве и Испании, не говоря уже о дворянских революционерах в России.