Напоминание о нем полностью

У моей двери он закрыл зонтик и подождал, пока я отопру. Прежде чем открыть дверь, я обернулась к нему, будто бы собиралась попрощаться, не предлагая ему зайти.

Он указал на мою дверь, не говоря ни слова.

Глубоко вздохнув, я распахнула дверь в свою квартиру. Он зашел вслед за мной и закрыл за собой дверь.

Теперь он вел себя очень уверенно. И это было совершенно противоположно тому, что чувствовала я. Я подхватила на руки Иви и отнесла ее в ванную, чтобы она не выскочила наружу, если Леджер, уходя, откроет дверь.

Закрыв дверь ванной, я обернулась. Леджер стоял у стола, проводя пальцем по стопке писем, которые я распечатала.

Я не хотела, чтобы он читал их, так что подошла, перевернула пачку и отодвинула ее в сторону.

– Это все письма? – спросил он.

– Большая часть. Но что-то есть только в компьютере. Пару месяцев назад я набрала их все и сохранила в Гугле. Я боялась их потерять.

– А ты можешь прочесть мне одно из них?

Я замотала головой. Это очень личные письма. Он уже второй раз просил меня прочесть одно из них, но я опять отказалась.

– Твоя просьба все равно как если бы я попросила тебя дать мне прослушать одну из записей твоих бесед с психотерапевтом.

– Я не хожу на терапию, – сказал Леджер.

– А может, стоило бы.

Он закусил губу и задумчиво кивнул.

– Может, и так.

Я обошла его и открыла холодильник. Я постепенно наполняла его продуктами, так что сейчас там лежало не только печенье.

– Хочешь чего-нибудь попить? У меня есть вода, чай, молоко. – Я взяла почти пустой пакет сока. – И немного яблочного сока.

– Я не хочу пить.

Я тоже не хотела, но допила сок прямо из пакета в качестве предупредительной меры, потому что мне казалось, если он простоит в моей квартире вот так еще немного, я могу спечься. От одного его присутствия у меня просто пересыхало в горле.

На работе это получалось как-то по-другому. Там были другие люди, и это мешало моим мыслям идти в том направлении, куда они шли сейчас.

Но теперь, когда мы в моей квартире только вдвоем, все, о чем я могла думать, было только то, как мы близко друг от друга, и сколько понадобится сердцебиений до того, как он подойдет поближе и поцелует меня.

Я поставила пустой пакет на стол и вытерла губы.

– Так ты поэтому на вкус, как яблоки?

Когда он сказал это, я взглянула прямо ему в глаза. Это вышло очень интимно. Признаться вслух, что ты знаешь, каков на вкус кто-то еще. Под его взглядом я ощутила себя неопытным, ошалевшим подростком и опустила глаза, потому что не смотреть на него было проще.

– Леджер, чего ты хочешь?

Он очень спокойно прислонился к столу. Мы стояли всего в метре друг от друга, и он сказал:

– Хочу узнать тебя лучше.

Я не ожидала таких слов, тут же взглянула на него и немедленно пожалела об этом, потому что он стоял так близко от меня.

– И что же ты хочешь узнать?

– Больше о тебе. Что ты любишь, что не любишь, чего хочешь добиться. Что ты собираешься делать со своей жизнью.

Я не удержалась и рассмеялась. Я-то думала, что он спросит про Скотти, или о чем-то, связанном с Диэм, или о моей нынешней ситуации. Но он просто поддерживал светскую беседу, и я не знала, как мне себя вести.

– Ну, мне всегда хотелось стать слесарем.

Леджер рассмеялся.

– Слесарем?

Я кивнула.

– Но почему слесарем-то?

– Потому что никто не может сердиться на слесаря. Они приходят, чтобы помочь людям в беде. Я думала, что это хорошая, благодарная работа, когда ты приходишь, и жизнь людей становится немного лучше.

Леджер понимающе кивнул.

– Пожалуй, я никогда не встречал никого, кто хотел бы стать слесарем.

– Ну вот. Теперь встретил. Следующий вопрос.

– А почему ты выбрала имя Диэм?

Но прежде чем ответить, я задала ему встречный вопрос.

– А почему Ландри решили не менять имя, которое я ей дала?

– Они думали, что, возможно, вы обсуждали со Скотти, как ее назвать, и имя Диэм выбрал ей Скотти.

– Скотти так и не узнал, что я была беременна.

– А ты знала, что беременна? – спросил он. – До того, как Скотти погиб?

Я покачала головой. И ответила шепотом:

– Нет. Если бы я знала, что беременна, то никогда в жизни не признала бы свою вину.

Он ухватился за мой ответ.

– А почему ты вообще признала вину?

Я обхватила себя руками. У меня защипало глаза, и я сделала паузу, чтобы вдохнуть и прорваться сквозь воспоминания, прежде чем ответить.

– Я была не совсем в порядке, – призналась я. Хотя не стала ничего уточнять. Я просто не могла.

Леджер не стал ничего спрашивать Он дал тишине наполнить комнату, а потом разорвал ее, сказав:

– Что было бы с нами сейчас, если бы я не знал Скотти?

– Что ты имеешь в виду?

Его глаза метнулись к моему рту. Взгляд мимолетный, но я увидела его. Ощутила его.

– Тот вечер, когда мы встретились в баре. Ты говоришь, что не знала, кто я. А если бы я был просто парнем, который не знает ни Диэм, ни Скотти, ни тебя? Как ты думаешь, что бы тогда могло произойти между нами той ночью?

– Гораздо больше того, что произошло, – признала я.

Он дернул кадыком, словно проглатывая мой ответ. Он уставился на меня, и я ответила ему прямым взглядом, с беспокойством ожидая следующего вопроса, мысли или движения.