— Давай, — поторопил Сергей. — не тяни кота за яйца. Что еще?
— Ты, хм, — Виктор стряхнул с себя оторопь легко и непринужденно, как вы стряхнули бы пылинку с костюма.
— Ты помнишь, где ты стоял перед тем как заснуть? Ты стоял у окна, окно было открыто, ты заснул и упал там, где стоял. А теперь вопрос на сообразительность, угадай, с какой стороны окна ты приземлился?
— О, Б-боже, — Сергей представил себе всю картину произошедшего со стороны, ему стало плохо.
— Вот-вот, но ты не волнуйся, у тебя наверно есть ангел хранитель, потому что ты не очень сильно поломался. И скажи спасибо Катюхе, это она тебя собрала с асфальта и склеила. Другого врача в гостинице не оказалось, а со стороны полиция никого не пустила бы кроме своих, а они все загружены срочной работой. Сам понимаешь гепешникам все о тебе известно. А теперь запоминай хорошо, потому что наши показания должны сходиться. Значит так: ты заснул на ходу, потому что очень устал, ты не спал несколько дней, ну скажем, ты был занят работой, ты ведь ученый, а значит вопросов не будет. Дальше, сюда ты зашел в поисках своего брата, то есть меня, а я сюда пришел к своей гм… невесте. Ты стоял у окна, никто тебя не трогал, ты просто заснул и вывалился. Несчастный случай, понимаешь?
— Понимаю, но ведь так все и было.
— Да, так, но только без снов, аномалий, этой войны и прочей пурги. Сам понимаешь про это никто знать не должен и про мое ранение тоже.
— Я что же дурак?
— Не знаю, — ехидно заметил Виктор. — И еще, ты ничего не знаешь, ты заснул и вывалился. Пойми, то что ты сам похож на отбивную это никого не удивляет, а вот откуда взялась колото-резанная рана на твоем теле никто понять не может. И ты этого тоже не знаешь, наверняка за что-то зацепился пока падал.
— Мог бы мне этого не говорить, — обиделся Сергей. — Что я идиот? Ничего не понимаю?
Сергей спохватился, но поздно и он приготовился выслушать от Виктора, что сей факт (на счет идиотизма) еще мало изучен, и лично Виктор этого вслух не говорил, но если Сергей так настаивает… Но Виктор сказал совершенно серьезно:
— То, что ты вывалился из окна для тебя было новостью. Я рассказал тебе об этом и ты мягко говоря растерялся.
Если бы я тебе в тот момент задал вопрос, на который ты не знаешь ответа или знаешь, но не хочешь говорить, что бы ты ответил? Где гарантия, что ты не натрепал бы черти чего, о чем потом пожалел бы?
Сергей замолк и задумался. Виктор довольно ухмыльнулся, без стеснения оценив свои способности убеждения на десять баллов по пятибалльной системе.
— Ты прав, извини, — буркнул Сергей и Виктор улыбнулся еще шире.
— Ладно лежи, а я пойду свистну нашего дорогого старшего следователя. Я ведь здесь не просто так сижу, я, милорд, караулю ваше пробуждение.
Виктор поднялся и вышел. Через пять минут дверь распахнулась и впустила целую кавалькаду. Первым влетел полный энергии Ян, за ним пытающийся чуть приостановить первого Виктор, который понимал, что останавливать Яна, все равно что пытаться собой преградить дорогу бронепоезду и потому улыбающийся, и наконец несколько растерянная хозяйка номера. Вся процессия выглядела настолько комично, что Сергей с трудом сдержал улыбку.
— Друг Волков, я рад…
— Просто Сергей, — разрешил Сергей.
— Друг Сергей, я рад, что вы поправляетесь.
— Я тоже, как ни странно это звучит, — улыбнулся все-таки Сергей.
— У меня к вам несколько вопросов.
— Я готов на них ответить.
— Скажите пожалуйста…
И началось. Ян спрашивал, Сергей отвечал. Иногда он отвечал правду, иногда полу-правду. Некоторые вопросы были вполне понятны, другие, вроде: «скольким метрам равны три этажа этого здания?» — несколько смущали Сергея, а иногда просто ставили в тупик. Наконец допрос закончился. Ян оказался обвешан лапшой и был явно не удовлетворен ответами. Пылу в нем поубавилось, а на лице крупными буквами можно было прочесть: «Я разочарован». Он поднялся, извинился, попрощался и пошел к выходу. У двери он немного помедлил, помялся в нерешительности и выжал из себя:
— Сергей, скажите, а вы… как бы это…
А вас ночные кошмары не мучат? Что вам снилось, когда вы заснули в последний раз?
Сергей закрыл глаза, чувствуя, что краснеет.
— Ничего мне не снилось, — пробормотал он себе под нос.
— Ну извините. Еще раз извините, до свидания.
Хлопнула дверь, а потом раздался голос Виктора настолько ядовитый, что пушкинский анчар загнулся бы от первых же слов.
— А мальчика-то кошмарики по ночам тоже терзают.
Сергей открыл глаза. Виктор занял свое место в кресле и с непонятной улыбкой смотрел на дверь.
— Только вот не пойму я, Витя, чему ты радуешься.
— Тому, что гепешники тоже страдают.
— Подумаешь, они тоже люди. Вот если бы тот хорь мучился, которого… который покончил жизнь самоубийством, я бы порадовался, а тут… Жалко парня.
— А ему тебя нет.
— А ты откуда знаешь?
— Мальчики, только не ссорьтесь, — вклинилась в разговор Катя.
Виктор приклеил парадную улыбку и нежно попросил ее сходить узнать у полиции может ли Сергей переселиться в свой номер.
— …а на обратном пути закажи этому сердобольному пожрать.
Катя встала и безропотно пошла к двери.
