— Я ни о чем тебя не умоляю, — сказала я, становясь злее от каждого сказанного его восхитительным ртом слова.
И после очередного рывка я высвободила руку из его крепкой хватки.
— Я помню иначе. Не я набросился на твои губы.
— А я не помню, чтобы ты сказал "нет", — огрызнулась я.
— Я простой парень. Ты сидела у меня на коленях.
— Этого достаточно, чтобы завести тебя? Девушка на твоих коленях?
— Не знаю. Не хочешь снова попробовать?
— Нет. Очевидно, что это было ошибкой. Каждый раз, когда ты открываешь рот, тебе удается взбесить меня еще больше.
Я развернулась, чтобы уйти, но его руки обвили мою талию, не давая сделать и шага. Я застыла. Я могла чувствовать прижимающуюся ко мне эрекцию, и я все еще хотела того, что обещало его тело.
Успокоения. Гармонии.
— Так я и думал, — пробормотал он, когда я не оттолкнула его.
Он начал посасывать мою шею около уха, и от его прикосновения я снова практически таяла.
— Если бы ты только мог заткнуться на несколько минут, — размечталась я, и он нежно укусил меня за шею, отчего все мое тело задрожало.
Развернув меня, он завладел губами, и в этот раз не было никакой нежности — именно так, как мне было нужно. Я открыла рот пошире, и он, не теряя ни секунды, устремился дальше, наши языки сплелись в борьбе, чтобы взять еще больше друг от друга. Я вплотную прижалась к нему, и он втянул мой язык в свой рот — вскружив мне голову от желания.
Ноги с обратной стороны коленей наткнулись на что-то мягкое, так что я прервала поцелуй, оглянулась и увидела, что стояла у края его кровати. Я даже не поняла, что мы двигались.
Его прикосновение было моей погибелью.
Он наклонился и одним плавным движением снял с меня трусики, его пальцы нежно ласкали мои бедра, и я ощутила, что стала влажной между ног.
— Сними ее, — проворчал он, указывая на мою футболку, а сам начал расстегивать брюки, буравя меня взглядом.
Почувствовав, как новая волна дрожи прошлась по спине, я заставила себя посмотреть на его грудь. Его тело было таким же великолепным, как и глаза. Шесть кубиков, которые Александр скрывал под дорогим костюмом, сократились, когда он скинул рубашку. Не удивительно, почему он был таким дерзким ублюдком.
Я облизала губы, уже представляя, как по моему телу скользит его сильное тело, когда он возьмет меня. Жестко. Я практически могла ощутить, как его кожа обжигает меня, а я держусь за крепкие и мускулистые плечи, прижимаясь к нему. Мой взгляд опустился ниже как раз вовремя, чтобы увидеть, что он избавился от своих боксеров.
Я наконец смогла выдохнуть. Мое дыхание было глубоким и прерывистым.
Когда он выпрямился, я не смогла оторвать взгляда от его твердого и толстого эрегированного члена. Прикусила губу, чтобы не застонать и не дать ему еще один повод сказать что-нибудь раздражающее меня.
— Рад, что ты одобряешь, — сказал он, снова открыв свой рот.
— Разве я это сказала?
— Тебе и не нужно было; это написано на твоем лице. Теперь твоя очередь. Снимай футболку.
Не было причин отдалять неизбежное, так что я молча скинула ее и отбросила в сторону.
Моя фигура была далека от идеала, но я не чувствовала стыда. Это была я. И это все, что я могла ему дать. Ни больше, ни меньше.
Он поднял бровь, и его голодный взгляд прошелся по всему моему телу. Когда я потянулась, чтобы расстегнуть бюстгальтер, он шагнул и сам сделал это, сосредоточив на мне взгляд своих голубых глаз.
— Твои глаза все еще красные, уверена, что ты в норме? — нежно спросил он, потянув вниз бретельки лифчика.
Я кивнула, не желая снова поддаться эмоциям. То, как он говорил со мной, его дерзость, нелепые слова — все, что делало его Александром, занимало мой разум.
Я не чувствовала себя потерянной.
Я больше не чувствовала себя одинокой.
Избавив меня от лифчика, он наклонил голову и лизнул сосок, прежде чем втянул его в рот и начал сосать, грубо сминая грудь, приводя меня в исступление.
Мое дыхание сбилось, и я ухватилась за его сильные предплечья, наслаждаясь смесью боли и удовольствия, которую его рот доставлял мне. Мне нравилось все в его прикосновениях.
Медленно зализывая укус, он переместился ко второй груди, уделяя ей такое же внимание и заставляя меня задыхаться и выгибаться. Заставляя желать большего.
Он медленно опустил руку вниз, едва касаясь пальцами моего живота. Я развела ноги чуть шире, предоставляя ему лучший доступ, он в то же время сильно потянул сосок, и все мое тело напряглось, а глаза закатились от удовольствия.
Должно быть, я издала тихий стон.
— Полегче, — пробормотал он мне в шею, языком прочертив идеальную влажную линию на моей коже.
Его рука наконец добралась туда, где я нуждалась в нем больше всего, и он без предупреждения ввел внутрь сразу два пальца. Я застонала, каждый клеточкой тела сгорая от потребности в нем.
К тому моменту меня уже слишком далеко унесло. Что бы он ни сказал, я бы пропустила это мимо ушей и лишь умоляла бы о продолжении. Вот как сильно я хотела его.
— Ах, — стонала я, возбуждение между моих ног нарастало с каждой секундой.
