Напряжение растет полностью

Дверь распахнулась почти беззвучно, под шепот хорошо смазанных петель. Четверо вошли внутрь и вместе с ожидавшим их хозяином молча опустились на пол вокруг низкого столика. В небольшой коробке комнаты, подсвеченной желтым светом электрической лампы и отсветом луны из крошечного окошка, колени чуть ли не касались друг друга, а хвосты плащей замкнули черной полосой круг за их спинами.

— Делайте то, что должно, — глухо произнес голос из-под капюшона.

Пришедшие синхронно достали из глубины плащей тонкие книжицы и передали друг другу.

— Мне одному кажется, что «пойти за тетрадкой» — не лучшая причина для выхода из дома в десятом часу? — скинув капюшон, засомневался Артем.

— Сработало же, — пожал я плечами.

— Ух ты, а мне досталась биология за восьмой класс!

— А у меня пустая тетрадка, — с диковинным акцентом шепнули из-под капюшона справа.

Если бы не голос и краешек золотых волос, выбившихся прядкой, и не догадаться, кто рядом.

— Отличная вещь, — заверил Федор Светлану, с интересом разглядывая раскрашенное изображение мышц. — В нее можно что-нибудь записать.

— Федор, ее придется вернуть.

— Жаль, — вздохнул он.

— Пусть, завтра вернешь.

— Спасибо, — благодарно шепнул в ответ Федор.

— А тут ошибка во втором примере, — меланхолично произнес Артем, рассматривая то, что ему досталось.

— Да? — заволновался, привстав, Паша.

— Так, тихо! — пришлось грозно откашляться и обвести притихших друзей тяжелым взглядом. — Артем, ты чего со скрипкой? — заметил я непорядок.

— Да я только с репетиции, — прижал он локтем футляр и запахнул краем плаща.

— Ладно. Хм. Наверняка многие хотели бы знать, зачем мы сегодня собрались!

Брат дисциплинированно поднял руку вверх.

— Федор?

— Я не знаю, но зато я принес «Монополию», — со скромной гордостью подвинул он к свету коробку.

Но затем под укоризненным взглядом задвинул ее обратно.

— На повестке дня танцевальный конкурс, — чуть повысил я голос. — Вопрос номер один: кто умеет танцевать?

Из присутствующих подняла руку Светлана.

— Танец маленьких утят? — робко подал голос брат.

— Отлично, умеют двое, — одобрительно кивнул я ему.

— Нет, ну такое и я могу, — возмутился Пашка.

— Уже трое. Не стесняемся, поднимаем руки.

— А такой репертуар… Точно подойдет? — засомневался Артем.

— Главное — навыки! — ответил с важным видом.

Как-то и не надеялся, что кто-то умеет. Но закрывать собрание из-за того грустного факта, что не умеет никто, — так и о победе можно забыть. Научимся! Я ведь тоже никогда не танцевал, да и нога пока не особо гнется. Но у нас же еще пять дней впереди!

— А танец сами придумаем, — подвел я итог. — Тем более что у нас есть подсказка.

На этой фразе я достал из-за спины стопку фотографий, до того лежавших изображениями вниз, и веером распахнул перед друзьями, жестом предлагая ознакомиться.

— Это те, кто будут в жюри. — Я дождался, пока фото разойдутся по рукам, и добавил: — Надежные люди говорят, что им нравится смерть. Нет, не своя собственная, я уточнял.

— Будем танцевать с утятами в руках и в конце отрубим им головы, — меланхолично произнес скрипач, рассматривая фото лысого господина с безобразным шрамом на правой скуле.

Я нагнулся к Артему, внимательно посмотрел в его глаза и постучался ноготком по стеклу очков.

— Все дома?

А он отчего-то даже не ответил — мрачнел и не отрывал взгляда от изображения.

— Смерть — не означает гибель. Риск, опасность, хождение по грани, — тихонько произнесла Светлана и провела по изображению ноготком, оставив глубокий след через все лицо человека — холеного, вполне приличного на вид, если бы не угольно-черные, будто бы взятые с черно-белого фото глаза. — Вот что им нравится.

— Предлагаю танцевать на сквозняке!

Федор от всеобщего внимания смутился и потупил глаза.

— Федор, это слишком опасно, — не одобрил я. — Так и заболеть можно. А если танец с тиграми? У меня как раз есть парочка знакомых.

— Придется долго репетировать. Тигры могут не выдержать.

— Это да, — пришлось согласиться и сосредоточиться на поиске вариантов.

Раз с тиграми не получилось… А есть ли в мире еще что-то, что будет опасно для других, но не опасно для меня?

— Идея! — озвучил я мысль, пришедшую озарением. — Огромное металлическое кольцо! С гранями столь острыми, что могут перерезать человека, как лист бумаги! Мы закрутим его и будем танцевать внутри!

— А вы знаете, я отлично играю на скрипке, — тут же деловым тоном прокомментировал Артем. — Гораздо лучше, чем танцую.

— Живая музыка — хорошая идея, — одобрил я.

— Фортепиано! — в одном слове выдохнул весь объем легких Паша и с паническим видом затряс поднятой вверх рукой. — Фортепиано! Второе место в городе!

Аж гордость взяла за такое рвение к общему делу.

— Барабан! — важно ответил Федор.

— О, умеешь? — заинтересовался я новой гранью таланта своего брата.

— Громко!

— Понятно, — почесал затылок. — Тогда — принимается. Оркестр — три человека. Танец — два человека.

— Может, не надо? Все же твоя нога… — возразил Артем.

— Все будет отлично, — отмахнулся и логично отметил: — Светлана умеет танцевать. Пусть танцует, а я закручу кольцо.