По мере того как они все удалялись друг от друга, эти слова стали тем единственным, что помогло Джо снова заснуть, когда он проснулся и обнаружил, что он все еще здесь, два года спустя. Никто ни в чем не виноват. Джо меньше всего хотелось вставать перед судьей, который наверняка принял свое решение, но что ему еще оставалось делать? Он обязан занять свое место на скамье, как и все остальные обязаны занять свои места. Джо оказался рядом с одним типом и еще кем-то с другой стороны.
– Привет, – сказал тип.
– Привет, – сказал Джо. Кое-кто успел разговориться еще в большой комнате, но Джо просто сидел, предоставив яйцам свободу действий – глядишь, что-нибудь и выйдет. Однако в данную минуту Джо почувствовал, что должен принять участие в разговоре.
– Ты не против, – произнес тип, – если я сейчас изложу все «за» и «против» работы в ночную смену?
Джо попытался принять решение. У типа на шее висели большие пушистые наушники, словно он позже собирался послушать музыку. На майке пятна. С одной стороны, это наверняка будет тоска зеленая. С другой стороны – тоже тоска.
– Валяй, – кивнул Джо.
– Я в общем-то сейчас не работаю, – сказал тип. – А ты? Ты где-нибудь работаешь?
– Я работаю в «Покончим со СПИДом», – ответил Джо.
– Со СПИДом? – переспросил тип. Во взгляде его читалась враждебность. – С тем самым, которым болеют пидоры?
Джо решил, что сегодня не тот день, чтобы сражаться с обскурантизмом; сегодня он член суда присяжных.
– С тем самым.
– Вот гадство, – сказал тип. – Ты, часом, сам не пидор?
– Нет, – ответил Джо. Сидя в большом зале, он успел заметить трех или четырех привлекательных мужчин, которые не имели отношения к рассматриваемому делу.
– Так что я не работаю, – продолжал тип. – После катастрофы с работой туго, хотя мне предложили пару мест, и все они во вторую смену.
– Где? – уточнил Джо.
– В супермаркете, – ответил тип. – В ночную смену. Надо разгружать товар, всякие там ящики и коробки, но мне это не в лом, потому что там есть такая штуковина на колесах. Главное, чтобы платили бабки. Я как-то раз уже работал в магазине. Вот только там до фига крыс.
– Понятно, – отозвался Джо.
– Ага, – подтвердил тип.
– Крысы – вещь малоприятная, – философски заметил Джо.
– Мерзкие твари, скажу я тебе. И, главное, кишмя кишат, куда ни глянь. Ты как думаешь?
– Я бы не советовал браться за эту работу.
– Ты еще не просек до конца мою ситуацию, – возразил тип.
– Денег я тебе не дам, даже не проси, – на всякий случай сказал Джо.
– При чем тут деньги! У меня есть еще одно предложение – медицинские расшифровки.
– Понятно, – произнес Джо, главным образом потому что ему просто требовалось убить время, пока его сосед вытирал ладонями губы.
– Сидишь себе в кабинете и слушаешь магнитофонную запись, – продолжил тем временем назойливый тип. – Вот и вся работенка. Главное, там работают одни евреи. Слушаешь все, что скажет врач, например: белый мужчина, ранее без каких-либо заболеваний, похоже, это киста. Ну или что-то в таком духе. Вот и все, что я делаю, и я смотрю на этих евреев. Нет, ты не думай, лично я против них ничего не имею, просто я знаю, что при случае они не прочь ободрать меня как липку. Вокруг одни евреи, которые так и норовят стибрить деньги, вот что, я тебе скажу, происходит. Вокруг одни евреи, и их хлебом не корми, дай нарушить закон, не один, так другой.
