— Я такими темпами скоро на дом себе накоплю, — поглощая кулинарные изыски госпожи Шаль, делился радостью обладатель кареты счастья. — От пассажиров отбоя нет. А еще, Ярка, благодаря тебе мне и на корм для коня тратиться не нужно. Его за день закармливают вкусняшками так, что он теперь не всякое яблоко возьмет.
Слушала мальчишку и радовалась. Вот я включила парню зеленый свет! Работает теперь на самой крутой тачке в мире, стал кумиром всего женского населения города и даже бензин бесплатный!
Хорошо, что только конь зазнался, а не парень. Ветер определенно возомнил себя секс символом и от червивых яблок уже нос воротит. Убежденным вегетарианцем заделался, а мне по-прежнему в шею дышит при встрече. Вот как такого разлюбишь?
Риксона все больше осаждали девицы (студентки академии не чурались поделиться своими соображениями с горожанками), а редакцию завалили письмами. Причем в прямом смысле. Каждый день к воротам подъезжал почтовый фургон, из которого выгружали мешки писем. Начальник местной почты даже курьера присылал лорду Фартону с выражением глубокой признательности, благодарности и своего почтения.
Босс медленно зверел, встречая очередной тюк макулатуры на имя Инорисс Мирроу. Ну а что он ожидал? Издержки производства, отголоски славы, плата за популярность… Всегда появляются побочные эффекты. Я разводила руками. Хоть и постаралась сделать псевдоним безликим, но девицы почему то решили что это мужчина. Непременно молодой и красивый. Каждое наугад вытянутое послание начиналось заверениями любви и желанием познакомиться поближе. Полюбили, не глядя, что называется…
Поскольку тираж увеличивали каждую неделю, и наш журнал разлетался теперь во все уголки
Аргеты, а значит и прибыли стали в разы существеннее, я предложила нанять отдельного человека для разборки писем. Вдруг в ворохе всей корреспонденции обнаружится что-нибудь заслуживающее внимания. А самые интересные послания можно печатать в журнале и объявлять благодарность поименно тем, кто прислал продуманные и дельные письма. Читателям будет приятно обнаружить свою фамилию на страницах полюбившегося издания и ажиотаж возрастет. Да мы привыкли к ажиотажу. Лорд Фартон прислушался к моему совету, велел освободить одну комнату на первом этаже, куда свалили все письма, и нанял ушлого парнишку Криштена. Как пошутил Риксон — не скоро мы его теперь увидим.
Феде я рассказывала, мечтательно закатив глаза, о прелестях интернета с его возможностью для читателей оставлять короткие комментарии. Эпистолярный жанр — преданья старины глубокой.
Рукописные письма для меня реально дикость и редкость. Бабушка рассказывала, как часто она писала моему папе, когда он служил в армии. Помню, как я удивилась, перебирая бережно хранимую корреспонденцию, что почти все адреса написаны одной рукой. И туда и обратно, на что бабушка, смеясь, дала простой ответ. Оказывается, солдатские письма стоили полкопейки, но для солдата тоже деньги, а чтобы сын сразу ответил и не думал где купить, в письмо вкладывался пустой конверт с обратным адресом. Не подписанный могли и «деды» отобрать, а с адресом уже никак. Все-таки сколько нужно было раньше вложить труда, терпения и любви, чтобы отправить весточку. Купить конверт, бумагу, руками поработать да еще на почту потом сходить, отправить. А сейчас моя подруга просто между делом строчит эсэмэски и иногда кидает парню денежку на телефон.
— Знаешь, Федя, я дома выложила три рассказа… Вот интересно, меня уже нет в том мире, а мои рассказы читают наверное… И комментарии оставляют. Кто-нибудь обязательно едко поинтересуется: «Автор, куда Вы запропастились? Где обещанная книга?». Была у меня там постоянная драгоценная читательница Н., расспрашивала о планах. И да… я обещала…
— Ты и пишыш!!! Толко в другом мире)))
