По мере завоевания одних европейских феодальных стран и превращения в покорных союзников других политика Наполеона I претерпевала существенные изменения. Империя народно-патриотической французской нации преобразовывалась в абсолютистскую империю одного человека, самого Наполеона Бонапарта, который был вынужден искать способы сохранения и укрепления своей государственной власти не над одной только Францией. С одной стороны, это толкало его к представлениям о собственной монархической династии, долженствующей заменять королевские династии в других странах. С другой стороны, под влиянием католического народного мировоззрения, которое господствовало в ряде покорённых европейских стран, он постепенно делал уступки народному умозрению французских крестьян, шаг за шагом отступая от идеи городской и светской нации. Его начинал увлекать пример Российской империи и Петра Великого. После Преобразований Петра Великого в России сосредоточились, как светская имперская власть самодержавных царей, так и подотчётный царскому цезарианскому самодержавию политический центр православного мира, посредством русской православной церкви стремящийся возродить духовное православное имперское пространство. Поэтому Россия в 18 веке стремительно превратилась в самую могущественную евразийскую империю. Надеясь на успех войны с Россией при вторжении в 1812 году, Наполеон I рассчитывал устранить вмешательство русского императора Александра I в его планы перевести после этой войны папский престол из Рима в Париж, чтобы объединить в одной стране имперские центры светской и церковной власти католического мира. Если бы ему удалось осуществить задуманное, то именно Французская империя в обстоятельствах того времени стала самой могущественной на европейском континенте. Но тем самым, он намеревался полностью подчинить идею светской городской нации идее католического земледельческого народа, что неизбежно привело бы к застою в развитии промышленного производства и городских производственных отношений Франции.
Была и вторая существенная причина вызревающего застоя в развитии французского производства, не только городского, но и земледельческого. Шовинистическая и нацеленная на непрерывную борьбу за мировое господство политика держалась только на отлаженной и многочисленной военной силе. Приходилось выдёргивать множество воспринимающих новые политические взгляды и наиболее здоровых молодых людей из производственных отношений, в том числе наиболее проникнутых национально-общественным рационализмом горожан из промышленных производственных отношений, чтобы превращать их в солдат и офицеров. А это изнутри подрывало развитие производительных сил и заводило государственную власть империи в морально-политический тупик, в порочный замкнутый круг. Ибо войны и завоевания ради расширения рынков сбыта для неконкурентоспособных в сравнении с английскими товарами французских товаров являлись необходимым условием для ускоренного развития мощностей крупного промышленного производства. Но они вели к непрерывному и возрастающему изъятию наиболее приспособленных для развития производства людей из производственных отношений, из городского и сельского производства, что уничтожало рынок труда, подрывало и промышленное производство, и сельское хозяйство.
Эти непреодолимые противоречия изнутри подточили, надорвали наполеоновскую Францию и, несмотря на выдающийся военный гений императора Наполеона Бонапарта, привели государство к политическому и военному поражению.
