Солдат был явно потрясен подобным приказом.
— Что вы делаете? Вы же не можете…
— Заткнись, дурень! Император дал мне власть делать здесь все, что я пожелаю. А теперь прикажи своим людям немедленно прекратить убийства, или я позабочусь, чтобы тебя отправили обратно в Нар в кандалах. Понял?
Упоминание об императоре подействовало на солдата устрашающе: он судорожно сглотнул. Потом наклонился и опустил поросенка на землю. Животное стремглав убежало в поле.
— Я понял, Вентран.
— Принц — поправил его Ричиус и зашагал к деревне.
— Что?
— Я для тебя принц Вентран.
Он не стал дожидаться ответа. Ему нужно было только повиновение солдата, нужно было прекратить бойню, которую затеяли его сограждане. А еще ему нужно было найти Гейла.
Ричиус скоро убедился, что жители деревни боятся его не меньше, чем талистанцев. Многие отворачивались, когда он проходил мимо них, иные убегали. Это в основном были женщины, видимо, боявшиеся изнасилования. Те, чьи дома еще не горели, искали убежища в них. Ричиус повсюду слышал хлопанье дверей. По всей деревне разносились вопли и детский плач.
Обходя горящее поселение, Ричиус видел, как его спутники пытаются успокоить самых перепуганных или отчаявшихся жителей. Вот Динадин опустился на колено, чтобы утешить маленькую девочку. Та была в истерике и твердила какую-то гортанную трийскую фразу. Как и Ричиус, Динадин почти не понимал этого странного языка. Он бормотал что-то на ломаном трийском и гладил девочку по головке. Ричиус мысленно одобрял поведение товарищей, но не стал присоединяться к ним, дабы умерить панику среди поселенцев. Он решительно шагал через хаос, игнорируя невнятные мольбы детей, собиравшихся вокруг него, и отгонял их. Но при виде каждого ребенка его негодование только усугублялось.
Возле одного из неповрежденных домов стоял талистанец со скрещенными на груди руками и обнаженным мечом на уровне пояса. Вокруг больше никого не было, а из дома доносился неистовый женский крик.
— Что ты тут делаешь? — Ричиус приблизился к солдату. При виде Ричиуса самоуверенность стражника мгновенно испарилась.
— Принц Вентран! — пробормотал он. — Мне отдан приказ охранять этот дом.
— Приказ? Чей приказ?
Немного поколебавшись, воин ответил:
— Барона Гейла.
— Он внутри?
— Да. Но, принц Вентран, мне приказано, чтобы его никто не беспокоил.
— Не беспокоил? Чтобы он мог изнасиловать какую-нибудь старуху? Отойди!
— Пожалуйста! — взмолился талистанец, но Ричиус оттолкнул его в сторону и ударил в дверь ногой.
Дверь раскололась пополам. За ней оказалась маленькая полутемная комната. В углу под единственным факелом, освещавшим каморку, на полу шевелилась гора серебряных доспехов.
— Гейл!
Блэквуд Гейл обернулся. В его глазах горел мерзкий огонь ярости вперемежку с похотью. Узнав Ричиуса, он разразился проклятиями. Лежавшая под ним девушка извивалась в попытке высвободиться, но Гейл навалился на нее, не позволяя встать.
— Убирайся отсюда! — заревел он, а потом с хохотом добавил: — Найди себе свою.
Он снова повернулся к девушке и прижался губами к ее горлу. От ненавистного прикосновения она вновь исторгла нечеловеческий крик. И лишь когда Гейл почувствовал у основания шеи клинок, он понял, что позади него все еще стоит Ричиус.
— Вставай! — холодно сказал принц. Он прижал острие клинка к шее верзилы. Гейл застыл.
— Вентран, — прошипел он, — убери меч. Сейчас же! — Ричиус схватил мерзавца за волосы и потянул.
— Поднимайся, барон! — повторил он, продолжая целовать кожу Гейла мечом.
Когда Ричиус дернул за волосы, Гейл с воплем встал на колени.
Девушка поспешно выбралась из-под него. Она свернулась в углу и судорожно прикрывала грудь разорванной одеждой.
— Знал, что ты выкинешь нечто такое, — прошептал Ричиус, наклоняясь над Гейлом. — Скотина!
— Идиот! — презрительно скривился Гейл. Он оставался на коленях, а у шеи его все еще был меч. — Мальчишка! Зачем ты здесь? Ведь это всего лишь война!
— В этой долине войну веду я. — Ричиус отвел меч от шеи барона. — А теперь убирайся!
Гейл встал и бросил на Ричиуса свирепый взгляд. Он был выше почти на локоть, но принц не стал отступать. Он прошел мимо Гейла к девушке, смотревшей на мужчин с обжигающим презрением.
— С тобой все в порядке? — мягко спросил он.
— Я ничего ей не сделал, — заявил Гейл, поправляя доспехи. — А если б и сделал, что тебе до этого? Ты еще больший гог, чем твой отец!
Ричиус гневно нахмурился.
— Уходи, барон. Оставь мою долину.
— Твою долину? Ты уже несколько месяцев пытаешься захватить этот клочок земли. Стоит нам уйти, и Форис сожрет тебя!
Внезапно по комнате разнесся оглушительный вопль. Девушка бросилась вперед, сжав в кулаке острый стилет. Она пронеслась мимо Ричиуса, столкнулась с Гейлом и с новым криком опустила стилет. Нож скользнул по броне, порезал кожаный рукав и кожу на руке.
Гейл взвыл.
— Сука! — Он отбросил девушку мощным ударом.
Та упала на спину и уронила стилет. Гейл двинулся к ней, а она снова вскочила с шипением и выставила вперед руки с угрожающе скрюченными пальцами.
Ричиус мгновенно очутился подле нее и оттащил от разъяренного барона.
