— Значит, ты мог до отвращения мало. И я не собираюсь становиться очередной твоей жертвой. — Он сунул руку за пояс и достал серебряный кинжал, обещанный Ричиусу рано утром. Грубо сунув его другу, он добавил: — Вот. Бери и заплати своей драгоценной шлюхе. Желаю тебе хорошо развлечься сегодня. Потому что, когда ты вернешься в долину, ты умрешь. — Нижняя губа у него задрожала. — А я не хочу при этом присутствовать!
— Динадин, пожалуйста, не надо…
Но строптивец уже зашагал прочь. Ричиус бросился было за ним, а потом остановился, увидев, что юноша подносит руку к лицу. Он понял — Динадин плачет.
— Я возвращаюсь домой, — с трудом выдавил из себя молодой гигант. — Я возвращаюсь…
И Ричиус не стал его задерживать.
Полуденное солнце стояло высоко в небе, когда Ричиус в одиночестве вернулся в Экл-Най. Город нищих уже проснулся и, шевелясь, извергал невероятную вонь. Трийские беженцы заполняли улицы, словно живые отбросы, а в небе над головой парило семейство стервятников — оно с хладнокровным ожиданием рассматривало голодающих. При свете дня Ричиус увидел, во что превратился город, прежде славившийся своим великолепием. Моча окрасила живописно выложенную брусчатку. Огонь пожрал часть творений архитекторов-нарцев. Разбитые витражи зияли дырами в окнах единственного в городе храма. И повсюду отчаявшиеся трийцы жались с протянутыми руками, робко донимая немногочисленных нарцев, оставшихся в городе.
Подстегиваемый желанием поскорее вырваться из этого ада, Ричиус торопил коня обратно к таверне. Там он нашел того самого паренька, который терпеливо дожидался лошадей, чтобы присмотреть за ними. Ричиус вручил ему мелкую монетку, и мальчишка расплылся в улыбке. Он принял поводья, тщательно привязал лошадь к коновязи, а потом улыбнулся принцу в знак обещания.
— Присмотри за ним, и утром ты получишь от меня еще одну монетку, — пообещал Ричиус.
В таверне он сразу же заметил хозяина гостиницы, Тендрика. Посетителей не было, но Тендрик все равно находился за стойкой, составлял в ряд мутные стаканы. Увидев Ричиуса, он оживился.
— Добрый день, сэр, — подобострастно молвил он. — Добро пожаловать обратно.
Ричиус подошел к бару, силясь улыбнуться.
— Можно вас на пару слов? Мне кое-что от вас нужно.
— Я здесь, чтобы служить, — заметил хозяин гостиницы. — А особенно вам, принц Вентран.
— Вы знаете, кто я?
— Знаю, — таинственным шепотом подтвердил толстяк. — Мне сказала Дьяна, та девушка, с которой вы провели ночь. Она очень расстроена, что ее лишил девственности Кэлак! — Тут он весело расхохотался. — А я и не знал, что они вас так прозвали в долине Дринг, принц. Она сказала, что это значит «Шакал». Честно говоря, это прозвище вам не подходит.
— Мне оно не нравится, — категорично заявил Ричиус и с удовольствием наблюдал, как с лица Тендрика сбегает улыбка. — И об этом больше никому знать не обязательно, понятно?
— Совершенно, — закивал хозяин гостиницы. — Так что же вам нужно? Опять комнату?
— Комнату и девушку. И я опять хочу ее на всю ночь. И до меня с ней никто быть не должен.
Тендрик поморщился.
— Ах, с этим могут возникнуть проблемы. Видите ли, мне кажется, она предпочтет перерезать вам горло, а не спать с вами. В конце концов, у нее на вас зуб. Вполне понятно при данных обстоятельствах, как вы считаете?
Ричиус внезапно вспомнил, что ему сказал Динадин.
— Вы повышаете цену?
— Принц Вентран, дело не в деньгах. Дьяна — девушка с характером, и мне нелегко с ней управляться. — Тендрик указал на засохшую на щеке у принца кровь, а затем продемонстрировал такую же царапину у себя на лице. — Видите? Кошечке нравится пускать в ход коготки, и мне вовсе не хочется получить новую порцию. Даже если у вас будет достаточно денег, сомневаюсь, чтобы вы смогли заставить ее снова заняться этим с вами.
— Я не собираюсь с ней «заниматься», — гневно заявил Ричиус. — Я просто хочу ее увидеть и поговорить с ней. Можете сказать ей это, если хотите, — но вынудите ее согласиться.
Тендрик был явно озадачен.
— Вы хотите просто поговорить с ней? — полюбопытствовал он. — А могу я узнать почему?
— Нет.
— Прекрасно. Однако цена за разговоры такая же, как за постель. А раз вблизи от города появился лагерь, то не сомневаюсь, что мог бы найти для нее немало работы. — Хозяин гостиницы ухмыльнулся. — Хорошо, что вы принц.
— Сколько? — спросил Ричиус. — И прежде чем вы ответите, хочу предупредить вас, что этой ночью мне нужно нечто особенное.
— Особенное? Вы, кажется, сказали, что хотите только поговорить…
— Это так. Я имел в виду другое. А именно: обговорить кое-какие дополнительные условия.
Тендрик расхохотался.
— Правители — люди со странностями. Ладно. Я уверен, что смогу предоставить вам эти условия.
— Не торопитесь соглашаться, пока не услышите, о чем я прошу, — предостерег его Ричиус. — Как сложно достать здесь еду? Я имею в виду настоящую еду, что-нибудь хорошее?
— Еду? Да, это дело нелегкое, — покачал головой Тендрик. — Надо знать, к кому обращаться, и стоит это недешево. Я могу достать, но вам придется раскошелиться.
Ричиус достал серебряный кинжал Динадина. У Тендрика глаза полезли на лоб.
