Это превзошло все, что он представлял себе в те долгие часы, когда трудился над чертежами в своей комнате в Фалиндаре. Укрепление не уступало разработкам военных специалистов Нара: это было сложнейшее сооружение из дерева, веревок и земли. На подвесных мостках притаились лучники. За деревьями, окаймляя лес, была вырыта длинная прямая траншея, которую защищала тысяча воинов. Саму траншею окружало укрепление – острые колья должны были остановить атаку кавалерии. Высокие щиты из влажных бревен, скрепленных между собой и обтянутых шкурами животных, выставили позади кольев: за ними воины в траншеях укроются от пламени огнеметов. А перед кольями с мощных цепей рвались голодные боевые волки, готовые наброситься на огнеметчиков. Сама равнина была пересечена множеством веревок, усеяна острыми лезвиями и испещрена ямами – достаточно глубокими, чтобы поглотить неповоротливых григенов.
Ричиус соскочил с Огня и помог спешиться Дьяне. Вокруг них защитники продолжали бурно приветствовать своего героя Фориса. Воины замка Дринг заняли позиции рядом со своими товарищами, а Джарра громко скандировал приказы, пытаясь перекрыть торжествующие крики воинов. Ричиус взял Дьяну за руку и сжал ее.
– Они прекрасно поработали, – сказал он. – Эти укрепления – именно то, что я имел в виду, и даже больше. Война еще не проиграна.
– Но будет ли этого достаточно? Сможем ли мы победить?
Этот вопрос, на который невозможно было дать ответ, тревожил всех.
– Я действительно не знаю, – покачал головой Ричиус. – Мне пока неизвестно, что они против нас бросили. Это мы увидим, когда рассветет.
Он посмотрел в сторону ближайших деревьев: высоко над землей между двумя большими дубами висела спроектированная им наблюдательная платформа. С нее свисала узкая веревочная лестница, достигавшая до земли.
– Туда. – Ричиус указал на платформу. – С настила мы сможем видеть больше.
Дьяна перевела это Форису, и он вместе с Джаррой прошел с ними к платформе. Ричиус дернул лестницу, проверяя ее прочность, затем подсадил Дьяну.
– Я полезу прямо за тобой, – сказал он. – Двигайся медленно, чтоб ее не слишком трясло.
Дьяна взлетела по перекладинам легко, словно белка, и озорно улыбнулась с высоты.
– Хорошо.
Ричиус полез следом за ней. Когда начали подъем Форис и Джарра, лестница застонала. Однако веревки выдержали, а Дьяна уже добралась до верха, где ее поджидал воин. Он протянул ей руку. Потом на платформу вышел Ричиус. Перегнувшись через ограждение, он стал вглядываться в темное поле грядущей битвы. Вдали светились точки зажженных огнеметов и костры кухонь. По расстоянию между огнями он заключил, что у края долины расположились лагерем несколько сотен солдат. Дьяна встала рядом с ним, и в этот самый миг у него вырвался тревожный вздох.
– В чем дело? – насторожилась она.
Ричиус указал на огни.
– Мне трудно говорить определенно, но там больше людей, чем я увидел со сторожевой башни. И огни отстоят друг от друга слишком далеко. Это значит, там не меньше целой дивизии.
– А сколько это – дивизия?
Ричиус посмотрел на нее, в который раз сожалея о том, что взял ее с собой на передовую.
– Очень много, – честно сказал он.
На ее лице отразилась решимость.
– Нас тоже очень много!
Дьяна была права.
В траншее находилось не меньше тысячи мужчин и юношей, готовых защищать долину. Некоторые были вооружены жиктарами, для других нашлись только остро заточенные лопаты. Крестьяне и воины стояли рядом – живая стена, выстроенная против завоевателей. И, конечно, там были волки – больше сотни животных истекали слюной, завывали, жаждали крови. Все было выполнено как приказал Ричиус, с точностью до малейшей детали, – и он почувствовал странное удовлетворение. Он вспомнил слова отца: в жизни солдата бывают такие минуты, когда он уверен, что поступает правильно – даже перед лицом злого рока.
– По-моему, отец сейчас гордился бы мною, – тихо вымолвил он.
– Я горжусь тобой, Ричиус, – с чувством произнесла Дьяна. – И если бы Сабрина была здесь, она тоже гордилась бы тобой.
– Сабрина! – выдохнул он. – Я сделал бы что угодно, лишь бы изменить ее судьбу. Но единственное, что я могу сделать сейчас, – это отомстить за нее. Он где-то здесь, Дьяна. Я его чувствую. Гейл здесь, он дожидается меня.
– Не надо! – воскликнула она. – Не теряй головы. Если он там, то он не сможет до тебя добраться.
«Но смогу ли я добраться до него?» – подумал Ричиус.
Эта мысль доминировала над всем. Он опять повернулся к черному пространству поля боя и стал прикидывать, каким образом остановить Гейла и легионы Нара. Сколько солдат прячется за покровом ночи? Все зависело от численности. Если собрано только несколько бригад, у них есть шанс выстоять. Если их больше – этот шанс невелик. Целая дивизия их сомнет – не сразу, правда, но наверняка. От этой мысли Ричиус содрогнулся. В долине живут люди, люди, которых он знает. В их числе – его дочь.
Форис подошел к нему, обвел рукой укрепления и велел Дьяне перевести его слова.
– Он хочет знать, о чем ты думаешь, – сказала Дьяна.
