Нарушая правила (ЛП) полностью

Я поглаживаю свой подбородок, раздумывая. А затем меня осеняет.

— Я точно знаю, что должен тебе показать.

Мы «заправляемся» по пути из отеля. Двойной раунд шотов, и эта ночь становится только лучше и лучше.

Хотя я так чертовски хорошо себя чувствую не только из-за мягкого вкуса текилы. Все дело в руке Натали в заднем кармане моих джинсов, когда мы покидаем отель «Нью-Йорк, Нью-Йорк». Все дело в том, как она сжимает мою задницу, когда мы идем по Стрип. Дело в том, как она проводит другой рукой по моим волосам, когда мы болтаем.

Натали не может перестать трогать меня, и это — фантастика.

— У тебя довольно шаловливые ручки, — говорю я ей, когда мы останавливаемся на переполненном пешеходном переходе, ожидая в толпе туристов, посещающих Город греха.

Пробегая пальцами по моей футболке, Натали говорит:

— И у меня такое впечатление, что тебе это нравится, так что… руки в дело.

— Виновен по всем статьям. — Я обхватываю ее ладонь и провожу ею по своему прессу вниз, к самому поясу моих джинсов.

К тому времени, как мы достигаем фонтанов «Белладжио», я превосхожу все обычные уровни возбуждения до такой степени, что, мягко говоря, благодарен тому, что нам нужно делать что-то помимо прикосновений друг к другу. Если Натали продолжит в том же духе, не уверен, что через несколько минут меня не арестуют за публичное соитие.

Общественная нравственность очень переоценена.

Я указываю на озеро.

— Полагаю, это место было в твоем списке того, что нужно посмотреть в Вегасе.

Натали кладет ладони на перила, вставая на носочки, и ждет начала водной феерии.

— Я хотела посмотреть это водное шоу с тех пор, как прочитала книгу, в которой есть сцена, где герой доводит героиню до оргазма прямо у перил.

Ну, это совсем не помогает моей ситуации к югу от границы.

— Ты намекаешь на что-то, Шаловливые ручки?

Она смеется громче обычного и поднимает два пальца.

— У меня уже было два. А немного позже я получу третий. — Затем Натали на мгновение задумывается. — Если подумать, у этой писательницы есть куча книг с происходящими здесь сценами.

— Возможно, у нее слабость к фонтанам «Белладжио», — говорю я.

Тут по безмятежной глади воды разлетаются огни, и озеро начинает свой ночной балет.

Натали смотрит на шоу, когда брызги воды подпрыгивают в воздухе. Она радостно вздыхает и смотрит на сцену, разворачивающуюся перед ней с таким удовлетворением, которое может добавить к ночи только алкоголь.

— Понимаю, почему они ей нравятся. — Она поворачивается ко мне, ее тон кокетливый и любопытный. — А что тебе очень сильно нравится?

— Достаточно сильно для того, чтобы описать это в нескольких книгах?

— Конечно.

— Бургеры. Пиво. Острая еда. Но ты все это знаешь, — говорю я, щипая ее за попку, просто потому, что могу. Натали приподнимает бровь, и я продолжаю: — Мне нравится заниматься спортом и смотреть игры «Янкиз». Нравятся выгуливать собак для приюта, помогать им найти дом. Мне нравится готовить так часто, как только могу.

Натали широко улыбается и скользит ладонью по моей груди.

— Ты готовишь?

Я приподнимаю голову.

— Почему ты так шокировано говоришь? Я — мужчина многих талантов. Хочу, чтобы ты знала, что я могу творить чудеса с грилем и сковородкой.

— Просто удивлена. Я так привыкла к тебе с молотком, дрелью и с этим греховно-сексуальным поясом для инструментов, который ты носишь, — говорит Натали, блуждая взглядом вверх и вниз по моему телу, жадно впитывая меня, и это еще больше опьяняет. — Теперь я представляю, как ты готовишь вкусное пряное жаркое на своей кухне, и, поскольку это моя фантазия, я решила, что ты стоишь без рубашки и с лопаточкой.

— В моей фантазии, когда я подаю тебе это пряное жаркое, на тебе надеты красные трусики, туфли на каблуках и больше ничего.

Натали придвигается, ее голос сексуально-хриплый, когда она говорит:

— Готова поспорить, это вкусно.

— Так же, как и ты, — говорю я, обнимая ее рукой за попку и притягивая к себе, чтобы она была ближе. Мы снова поворачиваемся к воде и смотрим на танец фонтана. — Как насчет тебя, Шаловливые ручки? Что тебе нравится настолько, что ты написала бы об этом в куче книг?

— Помимо песен Эда Ширана?

Я вздрагиваю.

— Притворюсь, что ты этого не говорила. — Натали знает, что я не выношу этого парня, но я могу быть благодарным за то, что он сделал для множества мужчин, предоставив им музыкальный лубрикант в виде своих песен.

Натали напевает несколько нот его самой популярной мелодии, а затем отвечает мне:

— Мне нравится быть смелой. Нравится исследовать новые места и исследовать те, которые уже знаю. Иногда мне нравится быть чудаковатой, а иногда быть серьезной. Еще мне нравится, когда мне делают педикюр и красят ногти на ногах в несколько чередующихся цветов. И мне нравится, что я, наконец-то, могу жить на Манхэттене. Тут я чувствую, что все в жизни возможно, если я просто буду продолжать к чему-то стремиться, не останавливаться.

— Это прекрасный способ описать Нью-Йорк.