Он говорил все реже и тише. Аппараты показывали, что дыхание его приходило в норму, пульс ускорился до семидесяти ударов в минуту, и сам Илья через несколько мгновений резко дернулся и шумно втянул носом воздух.
– Тише. Все в порядке. Добро пожаловать в реальность.
– Ой. А… Как… – Шаман смотрел на Леру одним глазом и пытался ухватиться хотя бы за одну мысль.
– Операция закончилась. Я заехала проведать тебя.
– Ясно… – Илья немного расслабился и уронил голову на подушку. Но через секунду снова попытался приподняться. – Нет, подождите.
– Жду, – Лера забавно усмехнулась.
– Я слышу правым ухом.
– Чудесно. На это и был расчет.
– А глаз?
– Все-таки заменили…
– Блин… – Илья с досадой сжал левую руку в кулак, а правой аккуратно коснулся повязки. – Но я ничего не чувствую. Так и должно быть?
– Не знаю. Сейчас позову хирурга, – Лера вышла из палаты, а вместо нее внутрь заглянул Саид.
– Привет.
– О, здоруво, брат.
– Ты как?
В отличие от громкого цокота Леры, Трюкач приблизился к койке Ильи практически бесшумно. Тот протянул ему ладонь для рукопожатия, хотя все еще чувствовал онемение в конечностях.
– Пока не знаю… Жалко, глаз заменили. Я надеялся…
– Зато теперь будешь самым метким.
– Ты сегодня доставщик оптимизма?
– Типа того, – Саид хмыкнул, понимая, что его утешения в ближайшие несколько дней или даже недель будут бессмысленны, пока Илья не смирится и не освоится с глазным имплантом.
– Ладно… Прорвемся. Мне сказали, что штука реально крутая.
– Но все равно страшно?
– До жопы…
В этот момент Лера вернулась в компании с хирургом и медбратом. Саид отошел от койки, чтобы не мешать осмотру. Сначала проверили слух Шамана, заставив его повторять сказанное с разной громкостью. Потом с него сняли повязку и попросили медленно открыть прооперированный глаз, предупредив, что его поначалу может тошнить из-за отсутствия навыка фокусировки.
Илья медленно открыл глаз, но почти сразу же его плотно закрыл:
– Очень слепит свет.
– Попробуй еще раз, – Лера погасила верхние лампы, и палата погрузилась в полумрак в слабом свете ночников над койкой.
– Так лучше… Но все какое-то мутное и… Нет, – он снова закрыл глаза и зажал рот ладонями.
Хирург улыбнулся и встал спиной к стене напротив Ильи:
– Попробуй сфокусироваться на мне, не смотри по сторонам.
Тот снова попытался овладеть встроенным гаджетом, на протяжении нескольких секунд удерживал фокус на враче, но в итоге его все равно скрутило пополам, и медбрат в последний момент успел подставить емкость для рвоты.
Вернув повязку на глаз Илье и сделав несколько пометок в карте, хирург кивнул:
– Достаточно на сегодня. Подождем пару дней и повторим. Отдыхай.
Шаман раздраженно швырнул салфетку и рухнул на подушку.
– Не расстраивайся. Все получится. Просто нужно время на адаптацию, – тихо произнесла Лера.
– Стремно это все как-то…
– Я попробую вытащить к тебе из Минобороны кого-то с таким же имплантом. Чтобы поделился реальным опытом и впечатлениями.
– Спасибо…
Лера повернулась к Саиду:
– Поедем?
Тот встрепенулся из задумчивости:
– Э… Сейчас? В Министерство?
– Что? Нет! В офис. Мне пора домой, а машина осталась там.
– А… Да, конечно.
Андрей вернулся на территорию резиденции за десять минут до комендантского часа. Под тяжелыми взглядами охранников на КПП прошел очередной осмотр и припарковался среди служебных автомобилей.
Закинув на одно плечо рюкзак, он шел к дому Леи, с наслаждением вдыхая влажный после небольшого дождя воздух и сыто улыбаясь. Желудок благодарно молчал, получив порцию сырных эндорфинов, политых холодной колой.
Зайдя в дом, он отметился на панели управления, оглядел холл и прошел в служебную комнату. Через несколько минут к нему присоединился телохранитель ночной смены, совершивший очередной обход. Уточнив у него, где была Лея, Фенрир, не снимая ветровку, прошел на ее кухню, хитро улыбаясь:
– Привет.
– Привет… – Лея сидела на одном из барных стульев рядом с островом и помешивала ложкой кофе со сливками. – Успел утолить голод?
– О, еще как, – Андрей глянул в холл, потом в окно, потом забавно повел бровями, заставив Лею вопросительно на него уставиться.
– Что?
Он сунул руку за пазуху и вытащил небольшую треугольную коробочку в цветах итальянского флага с эмблемой «от Люцио».
– Ты с ума сошел?
– Нет. Я взял целую пиццу, съел пять кусков из шести и один забрал с собой. Как видишь, я жив-здоров и ни капельки не отравлен. Считай, что проверил ее для тебя. На свой страх и риск.
Лея хихикнула и с любопытством придвинула коробку ближе.
– Ты съел почти целую пиццу?
– А чего там есть? – Андрей уселся напротив и хитро улыбнулся: – Ты должна это попробовать.
– А как же камеры?
– Следующие две недели просматриваю их только я. А когда Герман домотает записи до этого вечера, будет слишком поздно.
Аккуратно приподняв картонную крышку, Лея ощутила слюновыделительный аромат и закрыла глаза, нерешительно зажмурившись.
– Лучше немного разогреть. Хотя она даже из холодильника вкуснючая.
– Верю… – Лея достала из шкафа тарелку, выложила на нее кусок пиццы и включила микроволновку. – Почему ты это делаешь?
– Что делаю?
– Нарушаешь правила.
