– Не то чтобы не доверяю… но это же не твой профиль…
Джин фыркнула.
– Принцип работы я знаю, так что садись на диван, сейчас все починим.
– А может, все-таки не стоит? – Аль попятился назад, но под колени ему ткнулся диван, дальше отступать было некуда.
Диван оказался старым и продавленным, с торчащими пружинами, больно впившимися в седалище. Пришлось поерзать, устраиваясь поудобнее.
– Не дрейфь, – меха подтащила ящик и устроила руку Аля на подлокотнике. – Она все равно уже сломалась.
Лорд отдернул руку.
– Да шучу я! Хуже не сделаю, честно! Ложи ее обратно.
– Клади, – механически поправил он.
– Да хоть выклади, – усмехнулась Джин, сама по-простому встав у дивана на колени, совершенно не стесняясь такой позы.
Она достала основные ключи и отвертки, пока Аль нехотя закатывал рукав. На то, чтобы снять защитные пластины, у мехи ушло не больше двух минут.
– Видишь, пружина растянулась, – показала она, подцепив деталь. – У меня есть такая же, сейчас заменю.
Она аккуратно разобрала верхнюю часть протеза, чтобы добраться до нужной пружины, складывая рядком болтики и винтики. Вытащила пружину и принялась отмерять нужную длину своей, отхватив лишнее кусачками.
– И тут чуть разболталось, – меха показала на какую-то конструкцию. – Ты бы поаккуратнее, а то жаль будет угробить такую ювелирную работу.
– Я стараюсь, – Аль улыбнулся, глядя, как девушка увлеченно копается в его руке.
Подумать только, даже мужчины обычно реагировали на его новую правую руку настороженно, а уж женщины и вовсе пугались при виде протеза.
Но у мехи имелись собственные представления о прекрасном.
Джин быстро все подкрутила, поставила на место новую пружину, вернула часть механизмов.
– Пошевели пальцами, – скомандовала она.
– Работает, – с некоторым удивлением проговорил Аль.
Протез был очень сложным устройством, и он действительно опасался, как бы Джин не сделала хуже. Но она справилась.
– Видишь, а ты боялся, – хмыкнула меха.
– Да ты настоящий мастер! – похвалил ее Альберт. – Даже странно, что промышляешь воровством, а не работаешь в мастерской или хотя бы в цеху. Почему так, Джин?
Он наклонился, ловя ее взгляд.
– Потому что я женщина, чего ж тут непонятного, – пожала она плечами, отворачиваясь и собирая протез обратно.
– Я думал, у вас нет разделения.
– Думал он, – девушка криво улыбнулась. – Ты много видел мастеров-женщин?
– Признаться, не очень.
– Вот и я не очень. Повезло тем девчонкам, у кого отцы и братья – мастера, они могут обучить, а потом и помочь устроиться. Большинство же работает в обслуживании: кашеварят, счета ведут, торгуют, убираются. Или что-то несложное по типу принеси-подай.
– Это все честный труд, – заметил Аль.
– Да. А есть такие, как я: теневые мастера, воровки и шлюхи. И воровкой быть лучше, чем шлюхой, точно тебе говорю.
– Проверяла? – шутливо спросил Альберт, но наткнулся на серьезное, без тени улыбки, лицо мехи.
Кажется, с шуткой он не попал.
***
Джин копалась в механизме, но вскинула лицо, чтобы ответить, глядя ему в глаза:
– Да.
Она не знала, что могла увидеть. Пренебрежение? Брезгливость? Отвращение?
Но Аль отреагировал ровно и продолжал смотреть на нее, ожидая подробностей.
Меха снова уткнулась в протез, который почти собрала, осталось крышку на место вернуть.
Джин сама не знала, зачем сказала. Не то чтобы прям скрывала этот факт, просто не болтала лишнего. Обычно. А тут, наверное, захотелось увидеть, как этот красивый и холеный мальчик… ладно – мужчина, скривится, и подумать, что не такой уж он и идеальный.
А теперь жалела. Почему-то падать в его глазах еще ниже оказалось неприятно.
Девушка вздохнула, замерев с отверткой в руке, чтобы ненароком не напортачить.
– Мне только-только стукнуло шестнадцать. Отец погиб в цеху – что-то там взорвалось, какой-то несчастный случай. Мать и без того крепким здоровьем не отличалась, а после его смерти и двух недель не протянула. Выплаченной за взрыв компенсации как раз хватило на их похороны. Родни у меня толком нет, все дальние, да и кому я сдалась? А жить на что-то надо было. В те годы, как ты понимаешь, умела я немного – только школу закончила. И заработать на то, чтобы оплачивать жилье и закрывать хотя бы самые базовые потребности, не могла. Жилье наше тоже было от того цеха. Не стало отца – квартиру попросили освободить.
Джин сжала отвертку, вспоминая то время и то отчаяние. Непонимание, что делать дальше.
– Тогда на меня вышел один из держателей борделей, не местных, а где-то в центре города, для богатеньких, вроде тебя, – меха кинула быстрый взгляд на мужчину, внимательно слушающего ее историю.
К сожалению, тот ее клиент на нынешнего нанимателя совершенно не походил.
