Чем дольше я жил в этом новом мире, тем лучше его понимал. Конечно, этому очень способствовала память предыдущего владельца тела, которую я всё ещё продолжал познавать наряду с восстановлением былых умений и приобретением новых. Нет, она была доступна мне вся и сразу, но вот пока я не задумывался о какой-то конкретной вещи, то и не знал о ней ничего. Так что воспоминания Минато требовалось ещё и осознать. Пусть Четвёртый и не прожил достаточно долго, но парнем был чрезвычайно умным и начитанным. Впрочем, другого вряд ли взяли бы на место главы Скрытой Деревни. Я это всё к тому веду, что политика как в моём мире, так и в этом, одинакова - такая же грязная, как ей и подобает быть. Именно в этом вопросе Минато кардинально отличался от своего предшественника, стараясь вести чистую игру, как и те, на кого он старался ровняться - Первый и Второй Хокаге. Только вот братья Сенджу были по природе своей скорее воинами, чем политиками. Сейчас же царили совершенно иные времена. Да, честь и долг ещё не были пустым звуком, и люди всё ещё могли верить друг другу на слово, но уже сейчас слишком большую роль при ведении внешней и внутренней политики играла целесообразность. Даже не так - крайняя целесообразность. С одной стороны, это неплохо - бессмысленной и беспощадной резни, когда кланы могли начать враждовать даже по малейшему поводу, стало меньше. С другой же - очередная крайность. Воины стали для власть имущих просто пешками, которыми и пожертвовать незазорно. Раньше-то в пределах одного клана, с его родственными узами, даже к простым бойцам относились бережнее. Впрочем, с этим-то в кланах до сих пор всё в порядке, чего нельзя сказать о деревнях в целом.
Так что известие о том, что Хокаге желает досадить мне, использовав моего последнего ученика, было вполне ожидаемым. Тут следует упомянуть, каким образом данное известие дошло до моих ушей. Печати. Они мощны, разнообразны и их возможности безграничны. Ну, почти. Были такие и в моём бывшем кабинете. Их там было много и на все случаи жизни. Видимо, сам Минато вполне представлял себе вероломство своих оппонентов, а потому стены кабинета Хокаге были густо покрыты всевозможными печатями, которые хрен найдёшь, да и сломаешь разве что только со стенами. Среди них была и та, что давала возможность прослушивать происходящее в кабинете, как только там включался барьер от прослушивания. Иронично, не так ли? О чём думал Минато, когда встраивал эту печать в общую сеть, мне вспомнить так и не удалось. Поддался ли он паранойе? Или влепил просто до кучи? В любом случае, то, что происходило за закрытыми дверями, теперь не было для меня секретом. Хирузену, по-хорошему, следовало бы сменить кабинет, но, видимо, он слишком доверял верным ему мастерам по печатям, которые не смогли обнаружить шедевр, что сотворил прежний его хозяин. В любом случае, всё это было мне на руку - я знал к чему готовиться.
Спектр возможностей Данзо был чрезвычайно широк. Тем не менее, он имел один существенный недостаток - действия 'в тени' как бы подразумевали то, что за руку его схватить не должны, ибо если это произойдёт, этой самой руки он и лишится. Разумеется, о Корне ходило множество разнообразнейших слухов, но правда, скрытая в тоннелях под Конохой была страшнее их всех вместе взятых. Если бы хоть малая её часть стала известна широкой публике в лице как джонинов, так и рядовых шиноби - и это не говоря уже о представителях кланов! - эффективность деятельности Корня снизилась бы в разы. Во всяком случае, в пределах родной деревни. Ну, либо вызвала гражданскую войну. И, что самое главное, в сложившихся обстоятельствах я готов был на это пойти. Да знаю, безопасность одного, пусть и дорогого мне человека, а Какаши именно таким и был, не стоит очередной кровавой разборки в деревне, но вот как ступень к уничтожению Корня и свержению Третьего, мои действия будут в полнее оправданы. Во всяком случае, в моих собственных глазах.
