Намикадзе попытался выдавить добродушную улыбку, смотря на жестокого ученого, погубившего ради своих амбиций не одну сотню людей. Помимо этого, этот человек ему был неприятен из-за возможной связи с его дочерью. Орочимару был очень скользким персонажем, с которым можно было иметь дело, но очень опасно и с весьма жестокими последствиями. Единственный видный из-за бинтовых повязок глаз змея опасно блеснул ехидством.
— Думаю ты успел уже познакомиться со своей дочуркой. По своему опыту скажу, что личность она крайне интересная и в тоже время независимая.
Низкий голос Орочимару отдавал неприкрытой ехидной нотой подстрекания и провокации. Минато пытался держать лицо в улыбчивой, наивной маске, но когда речь зашла о Наруто – некоторые эмоции нашли трещины в его самоконтроле.
— Наруто… иррационально сильный шиноби с чудовищным потенциалом. Забавно, что Коноха получила такого врага. Но в тоже время мне интересно как ты поступишь, Минато-кун. Вернувшийся к жизни, ты вполне можешь поменять ход истории – это опасно.
Речь Орочимару стала более угрожающей под конец. Его вертикальный зрачок сузился в тонкую линию из-за настигнувшего разум раздражения.
— О чем вы говорите?
Намикадзе пытался сохранять вежливый тон и вменяемую оценку происходящего. Сжав кулаки, его голубые глаза немного потемнели. Санин любил говорить непонятными афоризмами.
— Ваша конфронтация может вызвать жуткие последствия для всего мира. Эта война отца и дочери может грозить концом всему. Война – это изменения, а изменения – жизнь. Но ваши – разрушения. Мне любопытно узнать какие цели преследуешь ты.
Голос санина был тяжелым, а его мысли, которые тот пытался изложить весьма непонятными. То о чем он говорил было естественным ходом событий, когда два сильных шиноби растягивают конфликт и естественно накапливают мощь, что в итоге выливается в крупномасштабные битвы. Но к чему вел змей было вообще не ясно.
— Твоя дочь самый неординарный и самый загадочный шиноби, которого я когда-либо встречал. Она опасна и чудовищно сильна…
— Да о чем ты говоришь!?
Намикадзе ощущал странную тревогу, пока санин вел свой монолог. Его предчувствие говорило о том, что назревает достаточно неприятная ситуация. Змей не просто так говорил с ним, не поприветствовать же пришел. Да и в духе Орочимару было бы начать выпытывать информацию о его воскрешении, нежели говорить об одном нукенине. Минато вспылил и больше не хотел вести размытый разговоры, желая перейти к сути дела поскорее.
— Союз. Между мной и тобой. Без Отогакуре и Конохагакуре.
Предложение санина повергло в шок блондина. Его голубые глаза расширились с явным неискромётным удивлением смотря на беловолосого. В свою очередь змей оставался чрезвычайно спокойным с еле видной ноткой раздражения в желтых глазах.
— Что за!… Глупость. Ты напал на деревню, убил Третьего, ставил опыты на односельчанах, совершил неисчислимое количество преступлений против деревни и всех шиноби! И сейчас предлагаешь мне союз!?
Аура КИ Минато стала практически физической, его плотная энергия заставила молодые травинки прижаться к земле, словно по ним проехался трактор. Глаз змея заулыбался, а очертания губ под бинтами выдавало его веселье.
— Да. Думаю что этот союз в наших общих интересах. Конечно, тебе не просто решиться на убийство собственной дочери? Хотя я не прав. Ты уже дважды предпринял попытки ее ликвидации. Тогда в чертогах Танзаку, и сейчас… Ты же пришел не на море смотреть, Минато.
— Это мое дело! Тебе не стоит вмешиваться.
— Отнюдь, Минато. В одиночку тебе не победить. Твоя сила ограничена способностями хирайшина, но я могу помочь. Никто в этом мире не владеет большим количеством утерянных техник, нежели Я. Наруто развивается с чудовищной скоростью и вполне возможно в скором времени она предпримет новую попытку завершить начатое. Тебе стоит убить ее до этого.
— Орочимару, замолчи…
Намикадзе сжал кулаки до побеления костяшек. Его вены на висках и шее вздулись из-за резкой вспышки гнева. Мужчина прожигал ненормальную фигуру змеиного санина своим холодным взглядом, в коем читалась откровенная угроза. Губы блондина были плотно сжаты, чтобы наружу не выскользнула какая-то поспешная ругань или оскорбления.
— Я понимаю, как тяжело принять руку врага. Но самые сложные и противоречивые союзы дают самый невероятный результат.
Санин еще шире растянул губы под повязкой, усмехаясь из-за представленной в его уме аналогии союза Сенджу и Учиха. Вековая вражда была завершена и вместе с ней завершилась эпоха клановых войн, появились Гакуре и началось новое время. Хотя даже при том, что эти два клана были в высшем эшелоне силы мира шиноби, они не были сильнейшими в абсолютном понимании. Но именно их мир положил конец эпохи хаоса, дав начало новому будущему.
— Ты же делаешь это не просто так. И не из-за страха перед Наруто.
Минато сжал все негодование, появившееся из-за надменной натуры Орочимару и пытался мыслить рационально, подбирая слова, чтобы передать свою мысль и в тоже время подстегнуть гордыню санина.
