Пройдясь руками по внутренней стороне бедер, Роан дошла до ягодиц, где подцепив черную ткань нижнего белья медленно стала снимать. Раздвинув бедра девушки, Бланш с весьма неоднозначной ухмылкой смотрела на розовый цветок. Коснувшись левой рукой ее щеки, седовласая повернула голову брюнетки в свою сторону, снова завлекая ту в глубокий поцелуй, где периодически разрывала контакт, чтобы дать вдохнуть воздуха.
Правой рукой Роан стала водить вверх-вниз по лону Акаме, дразня и заигрывая с той, вызывая более сильную дрожь и более яркий отклик. Тяжелое дыхание превратилось в прерывистый стон, а сама брюнетка закинула руки за голову Бланш, обхватывая ее за шею, словно держась за спасительный круг.
Медленно но верно Акаме подходила к своей кульминации. Расслабив ее от постоянного напряжения, Роан вела один палец, двигая им внутри девушки. Брюнетка елозила ногами и на каждый раз, когда седовласая двигала внутри пальцем, Акаме упиралась ступнями в кровать и подпрыгивала тазом, но упиралась спиной в грудь Роан. Через минуту Акаме ощутила, как два пальца внутри нее совершали фрикционные движения. Роан стала немного грубее и напористее, что вызывало еще более сильный отклик. Акаме задыхалась, чувствуя, как узел внутри нее затягивался с большей силой.
Перед тем, как брюнетка достигла своего пика, Роан зубами подцепила край узла повязки, стягивая ткань с ее глаз. Помутненные пеленой похоти алые глаза стали чуть более осознанными, когда беспросветная тьма сменилась полумраком, а перед ними появилось отражение. Акаме видела себя в отражение ростового зеркала. Полностью голая с расставленными ногами и весьма пошлым выражением лица. Выражением таким, которое она даже не могла себе представить. На сердце заиграл стыд, щеки девушки сильно покраснели, но это нисколько не помешало приближающемуся оргазму.
Тело Акаме задрожало в ритмичных сокращениях тазовых мышц и мышц живота. Тело наполнилось приятным жаром, а мысли в голове потускнели, став частью чего-то эфемерного, приятного и ненормального. В голове будто загорелась яркая вспышка света на фоне которой редкие черные молнии спонтанным шумом не позволяли ей полностью отключиться. Продолжительность данного чувства было неожиданным, словно после глубокого сна зрение следуя за разумом медленно концентрировались.
Акаме видела в отражении свою непристойную позу, то как из нее течет жидкость, скатываясь по бедрам и пачкая брюки Роан. То как некрасиво для девушки были расставлены ее ноги и как пошло Роан раскрывала ее цветок двумя пальцами, показывая той в отражении розовый цвет ее бутона и то как сокращается вход. Небольшие капли пота стекали по ее вискам, шее, груди. Какими красными были затвердевшие соски. Но на фоне всего этого безумства невероятной мистической, в некотором роде проклятой демонической красотой выделалось лицо Роан. Ее красивые контуры, однотонная бледная кожа без единого изъяна, тонкие розовые губы, растянутые в довольной и снисходительной ухмылке, аккуратный нос, что касался ее черных волос и сплошные фиолетовые глаза, что смотрели на ее отражение сквозь полуопущенное веко.
Акаме расслабилась, ощущая приятную негу в смеси усталости. Откинувшись на подставленную большую грудь, девушка вытянула ноги вперед, сложив руки на животе. В ее разуме все еще было туманно и мысли были абсолютно бесформенны. То и дело сознание девушки цеплялось за внешний вид Роан, за эту странную, но в тоже время приятную улыбку на бледных устах. Когда чувства пришли в норму, а мысли стали более трезвыми, Акаме немного неловко подтянула колени к груди, обхватывая их руками. На лице девушки была милая, необычная улыбка.
Бланш смотрела на улыбающуюся Акаме с весьма странными, смешанными эмоциями. Их знакомство было не столь долгим, но за это время Роан смогла видеть три ее разные эпостасии, что фундаментально отражались в цевете ее глаз. Когда они столкнулись в столице, в ночном свете луны глаза Акаме были кроваво-красного цвета. Цвет, отражающий суть ее жестокой натуры убийцы. После проигрыша Рейда, когда разбитая девушка попала на ее стол, в сих глазах было отчаяние, боль и странная, страшная пелена. Кроваво-красные глаза стали темно-багровыми, подернутыми пеленой ослабевшего разума. Акаме сама по себе была малоэмоциональной девушкой. Даже когда Роан усиленно пыталась строить между ними хорошие отношения, лицо брюнетки редко менялось. В данный момент Роан казалось, что Акаме чуть ли не сияет. Ее рубиновые, манящие глаза очаровывали, а эта легкая улыбка с тенью смущения и в тоже время радости заставляла Бланш тяжело вздыхать и радостно щуриться.
