- Кстати, а где эти два балбеса? - спросил Учиху, отмечая отсутствие еще парочки помощников.
Поскольку грубая сила в госпитале тоже нужна, то я припахал на место санитаров двух парней, что повредили себе кейракукей и не могли в ближайшее время полноценно пользоваться чакрой. В обмен на качественное восстановление, естественно, а не по доброте душевной. И им хорошо, и мне возможность лишний раз потренироваться на получение следующей степени ирьёнина.
- Пока вы сегодня отдыхаете, они взяли на себя вторую и третью смены.
- Хорошо, тогда оставляю все на тебя, - зевнув, помахал помощнице и направился к выходу из лазарета.
- Ано...
- М?
Развернувшись к Учихе, я вопросительно приподнял бровь, но проследив за ее взглядом, хмыкнул. Ладно, поможем малышке.
- Так, больные, если кто из вас решит удрать, пока меня не будет рядом, то даже и не думайте! Все равно найду и руки-ноги переломаю, что б уж точно никуда не рыпались! Вы меня знаете. Вам все понятно?!
Дождавшись дружного "хай" от великовозрастных рас***дяев, что были в сознании, я с чувством удовлетворения покинул лазарет и выбравшись на улицу, побрел в сторону своей палатки. Ну что за люди, а? И ведь большинство не в первый и даже не во второй раз лежат, а все норовят свалить, как только становятся хоть немного способными передвигаться на своих двоих. Одни хлопоты с такими больными. Эх, а мне ведь еще сейчас с Тсуме разбираться... Мдя, жопа.
Как бы мне ни хотелось сейчас возвращаться к себе и разбираться с девичьими чувствами, но тут уже ничего не поделаешь. Сам тр**ал, сам и разбирайся. Нечего вчера было думать не той головой под воздействием алкоголя. Если честно, когда Инузука начинает хмуриться, рычать и показывать клыки, то становится реально страшной, со своими-то глазками звериными. Да и сейчас, кристально трезвым и без искажающего воздействия на соображалку, можно хотя бы себе признаться, что я просто побоялся бы затащить ее в постель... Ну, не побоялся, поскольку сильнее напарницы даже не в два раза, так что и вреда не причинила бы при всем желании, но не решился-то точно. Все же Тсуме из той порды женщин, что называют бой-бабами и никак иначе. Пусть сейчас ей всего четырнадцать(Или пятнадцать уже есть? С этой войной дерьмовой обо всем забываешь напрочь!), но если вспомнить первоисточник, то там она крепко держала клан в кулаке как лидер, а муж даже удрал от нее, вроде бы подавшись в нукенины. И зачатки такого характера видны уже сейчас.
Правда, в палатке меня ждала несколько иная картина, чем ожидалась. А именно - издерганная и явно не знающая куда деть руки, одетая Инузука, почти до крови искусавшая нижнюю губу. Учитывая, что она так делает только в минуты сильнейшего волнения или расстройства, то состояние напарницы очень даже понятно. Так что накидиваться с угрозами и чем-то подобным на меня никто не стал, несмотря на подспудное ожидание. К тому же и ее положение тела(ноги под себя, руки на коленях) показывало далеко не агрессию, а готовность к разговору.
- Хмм, я так понимаю, Хьюга исчезла как только оделась? - спросил я, просто чтобы не молчать на пороге.
- Хай, - тихо ответила Тсуме, по-прежнему не смея поднять на меня взгляд.
Ну нет, так дело не пойдет! Уже позабыв про свои страхи, я плюхнулся на застеленный футон(наверняка она же и постаралась) рядом и подхватив за талию, перенес вякнувшую от неожиданности девушку к себе на скрещенные в позе лотоса ноги. А сам еще и обнял, чтобы никуда не рыпалась, пытаясь убежать. В конце концов, я совсем забыл, что приходится иметь дело с эмоционально нестабильным подростком(война, убийства, кровь и все такое на психику пожительного воздействия женщин точно не оказывают), а не взрослой и опытной женщиной.
- Значит так, в произошедшем вчера нет ничего страшного или постыдного ни для одного из участников, - начал я, положив подбородок на макушку куноичи и покрепче прижимая ее к своей груди, чтобы даже не думала рыпаться. - Единственное, что жаль, так это то, что твой первый раз произошел в таком состоянии, да еще и в несколько большей компании, чем стоило, но смею надеяться, что хоть удовольствие ты получила?
Пусть это и был риторический вопрос, но Тсуме промолчала, а я отметил начавшие предательски краснеть ушки. Впрочем, мне ответ и не требовался.
- Что касается наших отношений после вчерашнего - ничего не изменилось совершенно и не будет меняться до тех пор, пока ты этого сама не захочешь. Мы по-прежнему напарники и никакие шуточки или намеки я отпускать не намерен. Как и повторно пытаться затащить в кровать
После моих слов, девушка ощутимо расслабилась, обмякая в моих обятьях. И хоть она все еще ничего не говорила, но молчание стало уже не таким напряженным, как в начале. Мысленно, я похлопал себя по плечу за верно подобранные слова и правильно определенные страхи напарницы. Оставалось только пожалеть, что у шиноби нет профессиональных психологов, которые и должны разбираться с такими случаями, а не мне подрабатывать на пол ставки!
