- Все относительно. Операция прошла успешно, но он будет восстанавливаться не
один месяц, а может даже год. Жёсткая диета, постоянный постельный режим,
таблетки, уколы, физиотерапия и много другого. Я позже распишу тебе все
лечение, а сейчас отдыхай.
- Можно мне увидеть отца?
- Он сейчас без сознания, и ему тоже необходим отдых. Так, все, я домой, напьюсь
и лягу спать, - уже выходя из палаты, Леша обернулся и бросил как бы между
делом, - кстати, Дашка, ты теперь мой должник, а у меня, уж поверь, очень
бурная фантазия.
И под наш с Никой дружный смех вышел из комнаты.
- Вот видишь, - обнимая меня, говорит подруга, - все обошлось. Теперь все будет
хорошо.
- Да, обязательно будет хорошо.
Утром следующего дня отец пришел в себя.
- Привет, наконец-то ты пришел в себя. Знаете, Олег Иванович, вы безумно меня
напугали. Что, решил сбежать от непутевой дочери?
- Да-ша, доченька, - голос был хриплым и совершенно непохожим на папин.
- Тихо, тебе пока нельзя разговаривать. Потом поболтаем. Сейчас нужно позвать
доктора, пусть тебя осмотрит. А после поговорим с тобой.
Прошла неделя со дня операции. Я все время проводила в больнице, Ника
привезла вещи и часто оставалась со мной. Они удивительно сдружились с отцом,
иногда со стороны казалось, что он ее отец. Мне тоже хотелось какой-то близости,
но между нами словно была стена из недопонимания и лжи.
- Пап, как ты себя чувствуешь. Может, тебе что-нибудь нужно?
- Нет, солнышко, все хорошо. Присядь пожалуйста, нам пора поговорить.
- Давай не сейчас, ты еще очень слаб.
- Все нормально, чувствую себя хорошо. Пришло время, пора расставить все точки
над "и". Даш, я не могу выразить словами, насколько сильно тебе благодарен.
Дочка, ты дважды спасла мою никчемную жизнь. Много лет назад, 1 мая, ты
спасла и одновременно похоронила меня. В тот день я понял, что моя любовь
делает тебя мишенью. Меньше всего на свете мне хотелось делать тебе больно.
Чтобы не говорила Нина, и чтобы она не натворила, ты мой ребенок и всегда им
оставалась. Но в тот день я отчетливо понял, что, оттолкнув и лишив тем самым
отца, оставляю тебе право жить спокойной жизнью. Ты была моей слабостью, а в
бизнесе всегда давят через близких. Я всегда любил тебя. Ты хотела рисовать, я
покупал холсты. Ты мечтала стать дизайнером, я помог с репетиторами. Знаешь,
оранжерея - мое любимое место в ресторане, потому что в каждом растении я
вижу тебя.
Так любил тебя, так берег, но не смог в очередной раз спасти. Ты все время
таскалась с этим соседским Лешкой. Я одобрял его. Отличный парень, сын соседа
и компаньона, умен, талантлив и неплох собой. Надеялся, что ты его полюбишь, и
у вас все будет хорошо. Дашенька, ты достойна любви. Любить тебя большая
радость. Но он оказался неуравновешенным идиотом. В тот день, когда ты пришла
все в ссадинах и с потухшим взглядом, полным боли, я все понял и первым делом
направился к соседям, хотел голыми руками придушить щенка. В дверях меня
встретил Николай, похоже, тоже узнавший про выходку парня. Мы долго
разговаривали на повышенных тонах, именно в тот день случился первый приступ.
Хотел убить гаденыша, даже нанял человека, но Коля успел его спрятать.
Пришлось подать на него в суд, подкупил пару ментов, чтобы в тайне от тебя взяли
показания. Один из твоих терапевтов был следаком, но ты ничего ему не сказала.
Пришлось как-то выкручиваться, но в итоге этого идиота признали невменяемым и
положили в психушку, охраняемую лучше, чем Кремль. Как же я тогда бесился,
ничего не мог сделать, а ты просто умирала на глазах. Тогда я решил разрушить
бизнес Николая и, знаешь, преуспел в этом. Единственный промах - твоя непутевая
мать. Она слила все мои планы Коле и улетела с ним за границу, оттяпав, как она
думает, весь мой бизнес. Вот только все, что мне дорого, записано на тебя.
- Значит в день, когда я нашла тебя, ты узнал про маму?
- Да, она много кричала и швырялась посудой, а потом мне позвонили и сказали,
что Лешка вышел из дурки и снова добрался до тебя. Вот тогда и случился
приступ, Нина все видела, но даже не подумала вызвать скорую.
- Это все невероятно, просто в голове не укладывается. Я тоже тебя люблю, -
обняв отца, начала плакать. Ненавидела этого человека большую часть своей
жизни, а оказалось, он просто меня оберегал.
- Дашенька, все, все, хватит. Не плачь, все прошло. Мы попробуем начать все
заново.
- Пап, представляешь, а мы теперь с тобой одной крови, ты и я.
- Хм, люблю тебя, доченька.
- И я тебя, пап. Знаешь, Леша, который наш доктор, сказал, что тебе необходим
отдых. Может, поедем в санаторий? Доктор нам нашел пару путевок в Пятигорск,
отдохнём, наберемся сил. Я займусь бизнесом дистанционно.
- Даш, а как же твой доктор? Ты вроде с Денисом в любовь играешь?
- Вот именно, играю. Пап, он пропал, мы немного поругались и все. Уже неделю не
звонит. И вообще, зачем мне мужики, есть же ты. Нужно поднимать тебя на ноги.
- Хорошо, давай поедем в санаторий. В любом случае нам нужно побыть вдвоем.
Пора мне наконец узнать все о тебе, моя любимая доченька.
- Давай строить новую жизнь, мой немолодеющий, но любимый папа.
