Мартин пребывал в прострации, он не ожидал таких грандиозных сумм. Ведь если ему сегодня суждено будет уцелеть, а это значит, по условиям поединка, выиграть, то куш составит двадцать один миллион золотом, а это деньги. На такие средства можно всем орденом прожить лет сто не меньше, а если их ещё и с умом вложить в организацию какого-нибудь дела... -- размечтался Мартин...
В зале шум и гам продолжаются принимать ставки, с противоположной стороны эльф видно идя ва-банк, поставил ещё пять миллионов золотом, а остальную сумму, практически полностью, покрыл банк гномов.
- ставки сделаны ставок больше нет.
Ещё одну ставку на Мартина сделал молодой герцог Вилье, не пожалев для этого последние сбережения отца, в размере двух с половиной миллионов, и в конечном случае на кону оказалось общей сложностью шестьдесят пять миллионов золотом. Ужасающая сумма. В воздухе пахло баснословной прибылью, а для кого-то и неминуемым разорением. Народ напряжён до предела, и видя такую ситуацию, император громогласно объявил.
- представителей духовенства сюда, с их артефактом истины. Пусть все увидят, что тут нет подтасовок и мошенничества.
Прибывшие священнослужители Церкви Святого Порога, первым делом освятили зал молитвой. Установили по образовавшемуся периметру артефакты защиты, препятствующие выходу боевых, атакующих заклинаний за пределы арены, в которую сегодня, в очередной раз превратился тронный зал императора. А затем, под взглядами сотен собравшихся и при присутствии венценосной четы, дуэлянты поклялись, что прежде знакомы не были, и между ними нет каких-либо предварительных договоренностей. Одна только заминка произошла во время опроса оппонентов с помощью артефакта, Мартин наотрез отказался называться своим полным именем. Эту щекотливую ситуацию разрулил его величество. Император сказал, что если господин наёмник не достаточно благороден по происхождению, то артефакт контроля линии арены просто его уничтожит при попытке пересечения границы. И все вопросы у сторон были окончательно решены.
Жак с жалостью смотрел на друга он, да и остальные воины ордена и клана, с тоской в глазах провожали своего магистра в последний бой, и только Стив легко хлопнув ладонью по плечу друга и командира, и сказал ободряюще.
