- Всё гораздо сложнее, Николай Христофорович. Задача министерства финансов заключается в составлении такого плана, при реализации которого, денег не понадобилось бы совсем. Или вы сумеете обойтись минимальными деньгами.
- Гм-гм… Государь, Вы предлагаете совсем по Пушкину, в его романе «Евгений Онегин»: «Он был глубокий эконом, То есть судить умел о том, как государство богатеет, И чем живёт, и почему Не нужно золота ему, Когда простой доход имеет».
- Согласен, по смыслу задача очень близка к тому, что Вы процитировали.
- Размах достойный самого Петра Великого.
- Возможно. Но следует признать, что Петру Алексеевичу было значительно труднее: ему приходилось вести непрерывные войны.
- Да, войны, по счастью, у нас нет. Понимаю Вас. Мы составим план развития хозяйства Российской империи. На какой срок следует рассчитывать?
- Я полагаю, что требуется краткосрочный, среднесрочный и долгосрочный планы. Краткосрочный – на год-два, среднесрочный – на пять лет, и долгосрочный на десять-пятнадцать лет.
- Понимаю, государь, для начала мы должны сверстать краткосрочный план?
- Совершенно верно. Но составить план мало. Нужно продумать механизмы реализации своих планов. К примеру: прежде чем сгонять людей с земли, что неизбежно произойдёт при организации колхозов, нужно спроектировать дороги и обеспечить рабочие места в дорожном строительстве. Это в качестве примера.
- Согласен с Вами, государь. однако Вы ставите задачу невероятной сложности: вместе с обеспечением роста хозяйства империи, обеспечить спокойствие в стране. Простите, возможно, это не должно касаться меня, но чрезвычайно занимательно: а как Вы собираетесь бороться с революционными настроениями в обществе?
- Я, господа, собираюсь их использовать.
- Как? Каким образом? – хором вскинулись мои собеседники.
- Предложу лично участвовать в деяниях по улучшению жизни простого народа.
- Государь, Вы полагаете, что литераторы и искусствоведы способны на что-то дельное? – изумился Коковцев.
- Почему нет? В деле, которое я хочу предложить, нужны лишь знания, воля и способность к преодолению трудностей.
- И что это за дело?
- Ликвидация неграмотности. Государство способно выделить средства на напечатание букварей и арифметик, но нанять необходимое число учителей затруднится.
- Да-да, соглашусь с Вами, государь! Обществу требуются учителя, а эта работа для воистину самоотверженных людей. Работать-то придётся в глухих деревнях, вдалеке от благ цивилизации.
- И последнее, Николай Христофорович. Подготовьте несколько групп ревизоров по числу железных дорог: в задачу этих комиссий будет вскрытие хищений, злоупотреблений и саботажа. По результатам работы комиссий все железные дороги России будут национализированы.
- А их владельцы?
- Владельцы будут преданы суду, а их имущество будет конфисковано в пользу государства. Довольно эти господа попили нашей кровушки. К примеру, знаете ли вы, почему я летел из Одессы в Петербург на самолёте? Одна из важнейших причин была в том, что поезд, даже с одним вагоном, при повышенной скорости рискует опрокинуться. Виной тому облегчённые рельсы, гнилые шпалы, к тому же, уложенные слишком редко. Причина – воровство на уровне владельцев дорог.
- Будет исполнено. Но членам комиссий понадобится охрана.
- Резонно. Разрешаю взять сколько необходимо казаков, желательно тупых и звероватых, из дальних станиц, чтобы никто не мог с ними договориться. А ещё лучше, возьмите их из числа горцев или степняков, не знающих русский язык, и подчиняющихся только своим командирам.
- Слушаюсь. Это прекрасная идея.
Глава 29
Второй серьёзный разговор состоялся в тот же день, только ближе к вечеру. Ко мне явились оба моих регента, великие князья Константин Николаевич и Михаил Николаевич.
- Пётр Николаевич – заговорил Михаил Николаевич, после положенных церемоний опускаясь в кресло – появились слухи, что Вы собираетесь резко сократить ассигнования на Армию и Флот. Это верно?
- Мой дорогой дядюшка, вопрос, который Вы мне задали, крайне непрост. Если позволите, я выскажу вам кое-какие мысли, а вы вынесете суждение, верны они или наоборот, неверны.
- Слушаем тебя, племянник.
- Начну я с категорического заявления: мы вступаем в эпоху войны моторов. С момента создания парового двигателя и установки его на корабль, началась эта эпоха. Уже ушли в прошлое парусные корабли, как боевые единицы. Паруса кое-где ещё остаются, но это рудиментарные остатки. Я прав?
- Безусловно, прав, Пётр Николаевич.
- Год назад я продемонстрировал на публике винтовые бензиновые моторы для шлюпок и иных плавательных средств, и теперь, насколько я знаю, эти моторы широко используются на флоте.
- И это правда.
- А придутся ли ко флотскому двору моторы для портовых буксиров, для скоростных разъездных катеров?
- Конечно же, нам нужны такие моторы.
- Тогда вопрос ещё интереснее: а нужны ли флоту двигатели, которые будут разгонять линейные броненосцы до скорости в тридцать-сорок узлов?
- Пётр Николаевич, это решительно невозможно!
