Я вновь поехал к Головиным и рассказал, что знаю всё. И поборюсь с Князем за невесту. Графиня ответила, что уже поздно, ибо Настенька, белее снега, с закрытыми глазами всё время стоит у портрета Князя. Её уведут - она вновь приходит. Граф подвёл меня к портрету, и я действительно услышал равномерное биение дьявольского сердца. На портрете были следы ударов сабель и топора - это многие мои предшественники пытались покончить с Князем.
Я задумался. Рубака из меня был плохой, но я был ювелиром, знавшим разные протравы, начиная с "царской водки", которая растворяет золото. Я велел никому сегодня ночью не выходить из комнат, что бы ни произошло.
Съездив домой, я запасся всем необходимым, в том числе и отравленным кинжалом. Ровно в полночь, когда от полотна пошла вибрация, которая говорила, что Князь вот-вот появится из картины, я плеснул такой жгучей жидкости, которая разъела каменную от заклятий основу. В дыре я увидел бьющееся сморщенное чёрное сердце. Я вонзил в него кинжал. Оно остановилось, а картина, тлея, упала на пол. На её месте оказалась ниша с ларцом. В нём было изумительное колье с огромным рубином.
Утром все поздравляли меня с победой, потому что проклятого Князя больше не было. Я отдал колье графине, и она решила надеть его дочери в день нашего венчания.
Когда мы вышли из церкви и сели в карету во главе свадебного поезда, счастье настолько переполнило меня, что я решил забыть все невзгоды своей жизни. Держать за руку любимую жену, смотреть в её лучистые глаза - что может быть лучше на свете? Только в эту минуту меня не терзали мысли о Васятке.
В доме Головиных нас стали поздравлять немногочисленные соседи из тех, кто не был на венчании, потом предполагалась долгая дорога в столицу, где я жил, и там уже - пир горой. Графиня вынесла ларец с колье, показала драгоценность присутствующим и надела на шею дочери. Рубин вспыхнул, а моя Настенька побелела. В камне, казалось, закипела жизнь, а Настенька даже не вздохнула. Она умерла у меня на руках.
Так мы и положили её в могилу - в свадебном наряде с проклятым рубином на груди. Насколько я знаю, больше таких смертей в роду Головиных не было.
Я не хотел смотреть на белый свет, спустился под землю. Верные люди сделали в моём доме три усыпальницы - для Васятки и Настеньки, которых перевезли сюда, и для меня. Эти же люди замуровали меня живым по моему желанию, ибо самым сладким для меня было лежать в темноте и думать о дорогих мне людях, вспоминать каждый день, каждый миг, каждое слово, сказанное нами друг другу.
И тут, оказывается, меня провозгласили Хозяином подземного города! А я всего лишь хотел, чтобы меня не беспокоили! Никогда! Пришлось всё же просыпаться изредка - эти ведьмы, свет моих очей, чтоб им прокиснуть, отовсюду достанут. Но я только делал вид, что занимаюсь делами.
Однако, когда меня нашли и вынесли на белый свет, я понял, что темнота мне уже не помогает. И захотел просто быть. Никем: ни ювелиром, ни банкиром, ни другом, ни мужем. Смыслом для меня стал белый свет. Наглядное пособие - в самый раз.
Скелет произнёс последние слова своего покаяния очень тихо, и девчонки услышали в здании училища глухие шаги. Шёл явно не один человек!
-- Вот засада! - прошептала Юленька. - Сторож проснулся, увидел открытую дверь и, наверное, чоповцев ведёт!
Катюшка вообще обмерла. Она не любила нарушать правила, а тут вообще во взломщицах оказалась. Раньше и лучше нужно было думать!
-- Нет, -- сказал скелет. - Это не охрана. Это те, от кого обычно охраняют. Не беспокойтесь, юные леди! Я с ними разберусь.
Шаги послышались ближе. Кто-то звонил по мобильнику:
-- Зюзя, здаров. Мы тут шныряем, а в медицинской шарашке двери настежь, сторож дрыхнет. Мы такие зашли чо-нибудь подломить. На каждой кафедре компы, в бухгалтерии точно бабки есть. Подгоняй транспорт. Сигналка? Отключена, конечно. Да какое нафиг тут видеонаблюдение?
Скелет зажёг в глазницах красный свет, на верхних конечностях проступили капли крови. Меж ребер тоже сочилась кровь и капала на пол.
Девчонки знали, что это маскарад, но всё равно было не по себе.
-- Открутите винты от штатива, -- попросил скелет, и девчонки дрожавшими пальцами сняли винты.
-- Рать, ко мне! - негромко сказал Хозяин так, что стало понятно: его услышат все, кого он позвал.
Скелет шагнул в коридор и сказал остолбеневшим воришкам:
-- Крови жажду!
Воры повернулись, чтобы убежать. У них даже голос пропал от страха.
Но на них шёл безголовый человек с топорами в руках, размахивая ими, как мельница. Несчастные грабители оглянулись: на них наступал полуистлевший удавленник, выразительно крутя верёвку в руках.
В довершение всего Юленька, разыскивая в сумочке мобильник - на всякий случай звонить в полицию, нажала на кнопку размобильника. И тут открылось ещё одно свойство вещицы, изготовленной Вениамином. Размобильник издал рык из глоток львиного прайда. Голодные цари зверей собрались на поздний ужин.
Через минуту видения исчезли. И скелет скомандовал:
-- Вон отсюда!
Воры помчались прочь.
