В сырой темноте было холодно и неуютно. Инстинктивно поёжившись, разгоняя кровь по голым плечам, Ева изо всех сил пыталась рассмотреть хоть что-нибудь дальше собственного носа.
Горький запах экскрементов, вызывал рвотные позывы и головокружение, заставляя хвататься за идущего впереди мужчину словно за спасательный круг.
Стукнув кулаком по стене, Саид попал прямиком по выключателю, освещая просторный подвал с толстыми металлическими прутьями, словно она стояла прямиком напротив тюремной камеры, внутри которой лежал избитый человек.
- Узнаёшь?
- Н-нет… - эмоций было настолько много, что всё, на чём смогла сконцентрироваться Ева, так это цепь на ноге заключённого, кусок хлеба на грязном полу и некое подобие подстилки, пригодной скорее для животного, нежили для человека.
- Хасан Теунов. Тот самый, который привёз тебя ко мне, - слегка запрокинув голову, он отошел к холодной стене, облокачиваясь об неё широкой спиной. – Я хотел, чтобы ты сама это увидела. Хотел что бы знала что происходит с людьми которые меня предают.
- Зачем? – обернулась Ева, хватаясь хоть за какую-то возможность не смотреть на лежащего на холодном, бетонном полу скрюченного мужчину. - Если хочешь меня убить, то просто убей. Только садисты и моральные уроды могут получать удовольствие истязая своих жертв. А ты…. Признаюсь честно, Саид, я бы поверила, что ты способен на что угодно, но только не на это…
После этих слов Асманов смотрел на Еву не моргая. Но казалось, что и вовсе не дыша. Сверлил её своим холодным стальным взглядом, словно и сам не зная как именно должен поступить.
- Клянусь пророком, если бы ты сказала это вчера днём, мне бы и секунды не потребовалось чтобы вырвать твой язык, Пхьид. Но, по всей видимости, Аллах любит тебя, девочка. Иначе бы не благословил на вынашивание моих детей, - шумно втянув воздух, словно у него в груди пылало ракетное сопло Асманов, отшатнулся от стены, делая шаг к ней на встречу. – А теперь слушай меня внимательно, Пхьид. С этого дня можешь раз и навсегда забыть о нашей договорённости. Я не отдам тебе документы и не позволю уйти. Теперь ты живёшь в моём доме как мать моих детей.
- Ты решил их оставить? – не поверила Ева собственным ушам. – Ты на самом деле готов принять их, несмотря на то, что они от меня?
- Они мои. И это единственное что имеет значение, - жестко отрезал Асманов, слегка прикусывая губы, практически поедая её потемневшим взглядом.
- Шариат не позволит тебе принять их, - мотнула головой Ева, чувствуя, что-то не то. Вспоминая, каким жестоким он был вчера, Асманов априори не мог настолько кардинально изменить свою риторику с гнева на милость. Пусть даже и узнал про её беременность. – Чтобы ты не решил, а для твоего окружения они навсегда останутся детьми от русской.
Было видно, что Асманову не хотелось посвящать Еву в свои планы. Всё его естество буквально протестовало против этого, но не став мелочиться, он нанёс ей последний удар.
- Они не будут детьми от русской. Не будут связаны с именем Замана и Аббаса Гаджиевых. Как только ты родишь моих детей, они будут записаны на дочь моего бизнес партнера и мою будущую жену.
- Нет! - от подобного заявления стало тошно. В горле застрял сухой комок, не позволяя ни говорить, ни дышать. – Ты не можешь отнять у меня детей! Не можешь вычеркнуть меня из их жизни!
- Ещё немного, Пхьид и тебя не спасёт даже твой особый статус – раздраженно выплюнул Саид, начиная выходить из себя. – Ты лишалась права голоса, когда твоё тело стало принадлежать моим детям. Так что особо выбора у тебя и нет. Или ты делаешь то, что я от тебя хочу или будешь жить по соседству с Теуновым, пока не станешь послушной и покладистой.
Так вот для чего он на самом деле привёл её сюда. Вот для чего хочет, чтобы она видела страдания мужчины. Чтобы ей даже и в голову не пришло бунтовать.
- А что потом? Что будет со мной, когда я их рожу? Убьёшь или снова попытаешься отдать своим псам?
- Я не зверь, Пхьид и не стану поступать подобным образом с матерью своих детей. Родишь их и сможешь уйти на все четыре стороны. Я отдам тебе все необходимые документы и заплачу хорошие подъёмные, чтобы ты смогла начать новую жизнь в любом уголке мира. А что бы ты как можно лучше усвоила, что с тобой будет, если ты меня ослушаешься, на следующие две недели Хасан Теунов становится твоим личным питомцем, - взял он её за холодную руку, вкладывая в ладонь два ключа. - Один от подвала. Второй от камеры. Приходить сюда будешь три раза в день и только под присмотром моих людей. Будешь его кормить, мыть, лечить и чистить его отхожее место. Не бойся, - тут же уловил Саид её волнение. – Я уже предупредил Хасана, что отрублю ему руку, если он посмеет прикоснуться к тебе против воли. В обед можешь приступать к своим обязанностям, а завтра к тебе приедет гинеколог.
- Х-хорошо…
Покорно пробормотала, прекрасно понимая, что спорить бесполезно. Если она позволит себе сейчас ещё немного своеволия, то её не спасёт даже особое положение. Ева и так узнала куда больше, чем рассчитывала.
