- Вы не одни, - заметила Анаталь. – Есть Альянс Свободы, который уже стал грозной силой. Есть пауки на Марсе и Лобосе. Есть отколовшиеся планеты богомолов. Есть немцы, которым надоело, что темный флот просто обслуживает интересы драко, которые считают себя выше всех. Ну, и вообще много честных и добрых людей по всей галактике. Запомни, выродков и дегенератов даже в ваших мирах намного меньше, чем тех, кто хочет жить в мире и справедливости. Просто они находятся на вершине власти. И от этого все ваши беды.
- Анаталь, - спросил я, понимая, что разговор заканчивается, - мы когда-нибудь увидимся еще?
Ее глаза смотрели на меня с тем же состраданием и участием, что и раньше.
- На все воля Богини, - она ответила стандартной фразой, затем убрала полог тишины и возобновила поток времени. Я вдруг понял, не спрашивайте, откуда, что это была наша последняя телесная встреча в этой реальности.
Я просто уткнулся в выставленные на столе яства, боясь смотреть в ее сторону или замечать удивленные взгляды со стороны молодых людей, так и буравивших меня с обеих сторон стола. Хотя, какие они молодые, многим было за сотни, если не тысячи, лет. Я так спросил ни у кого из окружения королевы, какой у нее возраст, для меня она останется навсегда в памяти двадцатитрехлетней красавицей и мудрой правительницей.
Через какое-то время я просто поднялся из-за стола, кивнул королеве, попрощался со всеми и отправился через телепорт прямиком на корабль. Скоро он покинет этот гостеприимный островок духовной вселенной и вернется в места, где жизнь не так безмятежна и намного опасней, где процветает ложь, обман и господство сильнейшего, а честь, благородство и любовь считаются у большинства пустыми звуками. И, понял я, мое призвание в том, чтобы это как-то изменить.
Часть 2. Глава 2
2
Стэн
Мне откровенно было скучно. Я сидел в огромном шикарном кресле в капитанской каюте, принадлежавшей когда-то командору Рогану, которого на общем собрании было решено не воскрешать после его гибели во время мятежа из-за капризного и въедливого характера, и мрачным взглядом смотрел на початую бутылку замечательного вина из барной коллекции, собранной Роганом. Какой смысл пить, если организм превращает вино в простую воду, верно? Тем более, что пить было не с кем особо. Сесилия стала избегать меня после того, как меня выбрали капитаном корабля.
- Ты никогда не будешь смотреть на меня так, как на королеву, когда ее помещали в анабиозную камеру, - объяснила она причину своего охлаждения. Женщина, что еще говорить!
Я дематериализовал бутылку, хотя, наверное, стоило бы отдать ее кому-либо из своих помощников. В отражении экрана перед собой полюбовался на секунду моим новым мундиром, подаренном королевой, и это натолкнуло меня на новую мысль. Я коснулся обеими руками медальона, ордена, как там его, Золотого Лотоса, погладил и мысленно обратился к Королеве Анаталь, ни на что не надеясь. Через несколько секунд она ответила мысленно, и я спросил ее о причинах задержки отправки «Гордости Люции».
- Ты должен кое-кого с собой взять, - ответила она.
- Кого именно?
- Скоро узнаешь, - загадочно произнесла королева и отключилась.
Поэтому, когда спустя полчаса по корабельному времени Люция обратилась ко мне с просьбой открыть вход в ангар для прибытия неизвестного корабля орионцев, я тут же дал согласие и чуть погодя принялся смотреть на передаваемую картинку тех, кто соизволил нас посетить.
Их было трое, и, если честно, на жителей Ориона они были мало похожи. Компания, надо сказать, подобралась такая, что у меня глаза полезли на лоб от удивления. Корки, эльф и… вампир, точнее, "перевертыш", почти мифическое существо, способное менять свой облик. Они представились, и я сказал, что скоро встречусь с ними в ангаре. Кажется, моей скуке пришел конец.
* * *
Таких кораблей в обитаемом космосе (земных и драконианских колоний и империи богомолов) просто не было. Его поверхность подрагивала и не имела металлической или вообще материальной основы, как у обычных кораблей. Это был живой корабль, и за технологию его создания любая транспортная корпорация готова была заложить всю свою собственность.
- Добрый день, сэр, - поприветствовала меня искин корабля. – Меня зовут Мойя.
Откуда-то я знал, что "Мойя" на эльфийском означает «Мама». Ага, значит, корабль эльфийский, подумал я. Но что объединяло вместе тех существ, которые сейчас спускались по трапу?
Корки, которого звали Астуро, можно было посчитать настоящий гигантом, и он был лишь ненамного выше своих товарищей. Его волосатое тело почти не имело никакой одежды, а само оно представляло собой, как утверждали некоторые остряки, смесь генома гномов, неандертальцев и великанов. Он был стрелок и отвечал также за техническое оснащение корабля.
