Потому что на крючке висело кожаное форменное пальто магистра Шторма! Заветные пуговицы неярко поблескивали – так и манили рассмотреть их поближе!
Ну как тут устоять? Я поднялась и крадучись подошла к вешалке. Оглянулась и прислушалась: директриса занята с Лизой и появится нескоро.
Быстро сообразила: магистр все еще в Академии. Не имея собственного кабинета, он оставил пальто в кабинете директрисы. Но вот-вот за ним вернется.
Осторожно развернула полы пальто. Легонько коснулась пальцем первой пуговицы. Она оказалась именно такой, как я себе и представляла: тяжелой, прохладной, гладкой. Ох, какая прекрасная вещь!
Верхняя пуговица висела как-то криво. Я потянула за нее и обнаружила, что нитки перетерлись. Еще чуть-чуть, и пуговица оторвется.
Она могла оторваться в любой момент в течение дня. Упасть на землю и потеряться, верно? Магистр Шторм ее не хватился бы. А когда бы хватился, пришил новую – у него наверняка есть запасные!
Так может?.. Нет, ни за что!.. Но почему бы и нет? Это всего лишь пуговица, не золотое кольцо. Расходный материал, они часто теряются! Это даже не кража, а так… невинная шалость.
Затаив дыхание, я сильнее потянула пуговицу. Начала крутить ее, чтобы перетереть последнюю суровую нить. Еще немного, еще чуть-чуть.
Оп! Готово! Пуговица легла мне в руку, а я даже дыхание затаила от удовольствия.
– Эмма Элидор! – рявкнули у меня под ухом. – Что это вы творите?
Я так и обмерла. Кровь ударила в голову горячим потоком, сердце оборвалось, пуговица выкатилась из моих пальцев и упала на пол.
Магистр Шторм, сложив руки на груди, смотрел на меня с любопытством и гневом. Никогда прежде не видела подобного выражения!
– Какого дьявола вы обрываете пуговицы на моем пальто? – обескураженно вопросил магистр. – Разные я видал диверсии, но такую – впервые.
От стыда и страха я чуть не сомлела.
– Не сметь падать в обморок, барышня. Отвечайте! И ничего не сочиняйте. Я видел, как вы тут трудились. На спор, что ли? Кто вас подбил?
– Никто, магистр, Шторм, – выдавила я. От отчаяния прикрыла глаза и выложила правду – а что оставалось делать? – Я коллекционирую пуговицы. Когда увидела ваши, на меня как наваждение нашло.
Мое оправдание звучало жалко, и я содрогнулась от стыда. Кожа на щеках горела, словно на лицо мне плеснули кипятком.
Магистр молчал. Я приоткрыла глаза: на его губах появилась кривая улыбка. Весьма зловещая.
Он смотрел на меня в упор, слишком пристально, и от его взгляда кожа пылала все сильнее.
Я не привыкла, чтобы на меня так смотрели. Особенно высокие мужчины с угрожающими повадками и глазами, в которых вспыхивают алые, почти драконьи искры.
Мне даже хотелось, чтобы он на меня накричал. Отчитал, затопал ногами, наложил взыскание. Это было бы понятно и привычно.
Но он молчал, и я не знала, как себя вести и что делать. Когда Кайрен Шторм заговорил, его голос был спокоен и насмешлив.
– Да вы, оказывается, преступница, барышня Элидор.
Я отчаянно замотала головой.
– Не ожидал найти в вас воровские наклонности, – безжалостно продолжил он.
– Пожалуйста, простите, магистр Шторм! Я никогда не ворую, честно-честно! Сама не знаю, что меня толкнуло...
Он наклонился и поднял пуговицу, задумчиво подбросил ее на ладони, внимательно посмотрел, как будто увидел в первый раз.
– Да, красивая штука, – согласился он. – В лавке такие не купишь. Они все на учете, потому как знак отличия. Их нам выдает полковой интендант, а у него снега зимой не допросишься. Если потеряешь пуговицу, придется ходить с простой, пока не получишь замену, а это позор. Я весьма огорчен, барышня Элидор. Из-за вашей страсти к блестящим безделушкам мне пришлось бы разгуливать оборванцем.
– Я пришью пуговицу обратно! Позвольте ваше пальто. Отнесу его в мастерскую, а завтра...
Закончить не успела; его губы опять искривились в усмешке.
– Конечно, пришьете. Но никаких завтра – прямо сейчас. Уж будьте так добры. Потому что вечером я иду в город развлечься и хочу выглядеть прилично.
Он говорил спокойно и даже вежливо, но угрозу и раздражение в его голосе было невозможно не услышать.
– Где тут вас швейная мастерская? Показывайте, – он снял с крючка изуродованное пальто, перекинул через руку, открыл дверь и сделал повелительный жест, приказывая идти с ним.
Пришлось повиноваться.
Мы шли длинным коридорам, я впереди, магистр на шаг позади. От его взгляда горел затылок.
В швейной мастерской было пусто; госпожа Фуляр уже ушла. Я торопливо зажгла светильники, достала из ящика мою личную иглу и нитки.
Неловко разложила тяжелое пальто на столе. Мои руки подрагивали. Магистр стоял рядом, оперевшись о край, и наблюдал.
Стоял очень близко, у меня сводило плечи и леденел затылок от его пристального взгляда.
Приложила пуговицу, примерилась сделать первый прокол.
– Пололжите иглу. Отойдите от стола на шаг, – вдруг приказал магистр. Я выпрямилась и недоуменно посмотрела на него.
– Будете пришивать пуговицу магией.
– Я не смогу!
– Вы не умеете шить?
– Умею, конечно.
– Пришить пуговицу магией для вас сложнее, чем руками?
– Да. Я еще плохо овладела этим заклинанием. Вы же знаете, что... игла... она острая, а я...