– Вопрос первый: ты веришь, что заколдованные гобелены оказались в коридоре случайно, по вине эконома?
– Ты все-таки думаешь, что это была ловушка? На кого? На нас, воспитанниц?
– Да, я так думаю. А ты?
– Директриса и наставники не считают, что это диверсия. А у меня недостаточно сведений, чтобы делать какие-то выводы. Но согласна: происшествие подозрительное.
Тара удовлетворенно кивнула.
– Теперь второй вопрос. Ты веришь магистру Шторму?
Когда внезапно прозвучало имя магистра, меня словно дернуло, в голову ударил жар.
– Не поняла вопроса. Что значит – верю? Верю в чем?
– Во всем, – хмуро ответила Тара. – Ты сама упоминала, что он говорит странные вещи и подбивает девушек на непослушание. Разве это нормальное поведение для наставника?
– Он не обычный наставник, Тара. Он солдат, который не желал для себя роли учителя, но был вынужден ее принять.
Тара фыркнула.
– К чему ты клонишь? – спросила я встревоженно.
– Кайрен Шторм что-то скрывает.
– Что именно?
– Эмма, послушай... – Тара опустила глаза, моргнула, прикусила губу, не решаясь сказать. Моя тревога росла вместе с ее колебаниями. – Не только Розга и Кабриоль устраивают свидания в Черном коридоре.
Я удивленно вскинула брови. Вчера мы не рассказали директрисе о том, что видели там наставников – Адриана велела нам держать это в тайне, и мы согласились. Мы не доносчики. Розге не поздоровится, если о ее любовных похождениях узнает директриса. Ее интрижка с Кабриолем не имела никакого отношения к проклятым гобеленам.
– А кто еще бегает на свидания в Черный коридор? – изумилась я.
– Магистр Кайрен Шторм, вот кто. Я сама видела на днях. У него там была назначена тайная встреча.
Подруга выложила эти сведения торжественным, зловещим тоном. Сердце противно дрогнуло. Что все это значит? К чему клонит Тара?
– С кем у него была встреча?
– С девушкой. Или женщиной. Воспитанницей или наставницей. Я не разглядела ее лица, только силуэт. Она довольно высокая. Как Адриана, например. Или наша красотка парфюмерша Ветивер.
Тара посмотрела на меня многозначительно, в ее голосе скрывался намек, который я отказывалась понимать.
– Сержант Гедвига тоже высокая, – предположила я с деланной беспечностью.
– Та женщина изящнее Гедвиги, и она была в платье, не в штанах.
– И что они делали?
Я ждала ответа с мучительным напряжением. Мне хотелось и одновременно не хотелось знать, чем именно Кайрен Шторм и его спутница занимались в укромном месте.
– Когда я на них наткнулась, их свидание подходило к концу. Они разговаривали – тихо, слов не разобрать. Стояли близко друг к другу. Очень близко, Эмма.
– Подумаешь! Что тут такого? Магистр – молодой мужчина. Имеет право встречаться с девушками в свое удовольствие. Может, он привел кого-то из города тайком. Только непонятно, зачем ему устраивать свидание в Академии, а не в какой-нибудь уютной таверне.
– Есть соображения. Я еще не все рассказала. Девушка ушла, а Шторм остался в коридоре.
– Где именно? – перебила я ее. – В какой его части? Черный коридор длинный.
– Возле прачечных. Так вот, девушка ушла, а Шторм постоял немного, потом двинулся дальше. Я тихонько пошла за ним, чтобы он меня не заметил. Было уже очень поздно, около часа ночи.
– Погоди! А ты-то что делала в Черном коридоре в час ночи?! Ты уходила из спальни ночью? Зачем?
Всю решимость Тары как ветром сдуло. Она осеклась, помотала головой, небрежно махнула рукой.
– Я... потом расскажу. Не перебивай. Дай закончить про Шторма. Он вышел из Черного коридора возле кладовых, спустился на первый этаж. Там есть дверь наружу для слуг. Шторм вышел из нее во внутренний двор. Я подумала – куда это он собрался? Ведь чтобы попасть в город, нужно идти к другому выходу, в противоположной части!
– И ты опять пошла за ним?!
– Конечно, – Тара упрямо наклонила голову. – Он вел себя подозрительно. Очень старался, чтобы его не заметили. Часто останавливался, прислушивался, держался в тенях.
– И куда же он направился?
– В башню Арсенала. Спрашивается: что он там забыл среди ночи? Если у него было дело к магистру Одиусу, почему не явился открыто, днем? Ночью в башне никого, кроме стражи, но он и стражи избегал, потому что зашел не через главный вход, а через боковой, который ведет в подвал. Я даже не знала, что в Арсенале есть еще одна дверь. Она незаметна в кладке, магистр провел по стене рукой, загорелись магические символы, появился проем. Шторм им воспользовался. Я постояла немного и вернулась в Академию. Вот и все. Теперь скажи: тебе его поведение не кажется странным? Мне так очень.
– И к какому выводу ты пришла? – мрачно спросила я, зная, что у подруги всегда полно фантастических теорий и она готова поведать очередную, которая объяснит поступки Шторма. Мне это объяснение совершенно точно не понравится.
Тара ответила не сразу. Помолчала, почесала лоб, пожала плечами.