– Нормально, обживаюсь. Кстати, совета вашего спрошу. Мне тут письмо пришло анонимное. Статья двадцатилетней давности.
– И что там?
– Рассказывается про аварию, погибли муж, жена, у них осталась дочка. Виновника аварии, я проверил, не нашли. Вот не понимаю только, что мне с этим делать и почему мне пришло?
– Анонимно?
– Да. И еще знаете, какое совпадение странное. Девушка эта, которую вы пристроили на практику, она ищет свою двоюродную сестру. Ее усыновили после гибели родителей.
– И?
– Так вот мужчина из этой статьи это ее дядя?
– А кто ее дядя?
– Ее дядя работал в лаборатории, не знаю какой.
– Давай подумаем, какие есть варианты?
– Кто-то хочет, чтобы я нашел этого водителя или его родственников и наказал, например.
– А эта девушка не могла тебе подкинуть эту статью, чтобы ты заинтересовался ей и помог найти?
– Это глупо, если честно. – Я хочу рассказать, что мы жили в одной квартире, но теперь понимаю, что в свете того, что я отец, он не поймет этого. – Нет, это не она. Она давно мне рассказала.
– Версия с водителем понятна. Девочку кто-то может искать?
– Девочку ищут ее родственники, поэтому тут тоже без вариантов.
– Остаются муж и жена.
– Он лаборант, она бухгалтер.
– Может, она какие-то сделки проводила? Да черт там что теперь докажешь, спустя столько лет.
– Интересно, но не понятно, с чего начинать.
– А что насчет лаборанта, где он работал?
– Старший лаборант в одной из российских клиник.
– Хм. А что за клиника?
– Вроде бы его племянница говорила, что там что-то было связано с акушерством.
– Если предположить, что надо искать, то все равно не понятно, что именно.
– А что там можно искать?
– Да хоть что. Жена вон сериалы смотрит, то детей перепутали, то украли. Может, там что-то произошло, тебе надо разобраться.
– Как ошибку в законе искать.
– Даже не знаю, чем помочь.
– Хочу на выходных туда съездить, узнать больше о нем.
– Может, вещи какие-то остались. Ты узнай.
– Да, вы правы.
Я паркуюсь возле клиники.
– Если надо какой-то совет, обращайся. Со стороны порой видней. Расскажи, потом подумаем вместе.
– Хорошо, всего хорошего, Сергей Иванович.
Мы прощаемся, я выхожу из машины и иду к Саше.
Ее нет, она на процедурах, приходится ждать.
А мне уже хочется увидеть ее и обнять. Вчерашний вечер в отличие от остальных закончился позитивно для меня. Я лежал с Ахиллом и нам так не хватало рядом Саши. Она ведь тогда сказала, что любит. Потом перевела разговор, что любит быть со мной, но мы оба знаем, что она имела в виду на самом деле. Просто тогда не хотелось озвучивать это вслух. Ситуация была сложная.
А сейчас я с ума схожу, как хочу быть с ней больше, к себе забрать, чтобы никто кроме меня ее не касался. Прошлое наше забыть и все простить. Если это не любовь, то я не знаю, как по-другому назвать.
Но и одновременно страшно сказать это вслух. Для меня это не просто слова, это уже навсегда. Как печать, утверждающая мои намерения.
Дверь тихо открывается, Саша с медсестрой появляются в палате. Я сразу встаю. Тихо здороваемся. Я так и стою. Жду, когда медсестра оставит нас. Но она рассказывает Саше про какие-то таблетки, напоминает, что когда принять.
Как только наконец оставляет нас наедине, уверенно, но не спеша иду к Саше. Она оборачивается, замирает, но не отталкивает, когда ее обнимаю. Целую в щеку. Стоим так, не отпускаю ее пока не чувствую, как обнимает в ответ.
Никто не делает дальше шаг. Не тот случай, когда надо торопиться. Хочу, чтобы просто почувствовала, что я рядом. И постель – это лишь составляющая. Мне хорошо с ней просто быть рядом и поддерживать.
– Ты как?
Отстраняюсь и смотрю в глаза. Ее губы так близко. Вот вру же себе. Поцеловать ее хочется. Быть рядом и поддерживать хорошо, но еще лучше иметь доступ к ее телу.
– Нормально, – смотрит в глаза и ждет чего-то.
– Сходим к нашим девочкам?
– Я только что была, мне разрешили сейчас зайти. Позже у них пересменка и нельзя будет.
Я выдыхаю. Жаль, хотел с ней.
– Но я их сняла чуть-чуть. Показать тебе?
– Конечно.
Саша лезет в карман за телефоном. Я сажусь в кресло и тяну ее себе на колени.
Она пытается сопротивляться. Для вида. Я подыгрываю, удерживаю силой. Смотрю через ее плечо, боковым зрением любуясь ей самой. Она такая красивая. Мне вообще досталась такая красавица, с этой родинкой сексуальной.
Прижимаю к себе, чувствую, как часто дышит.
Ее пальцы жмут не на ту кнопку, вместо галереи открывается словарь. Саша его тут же закрывает.
Я случайно провожу кончиком носа по плечу, цепляю губами кожу.
Она уклоняется. Хочет еще меня помучить. Обида уже начала стекать как в водосточную трубу, но ее еще много, конечно. Засорилось за полгода сильно.
Саша открывает наконец видео и включает мне.
Озвучивает как подходит к каждой малышке и рассказывает что-то для себя. Поджимает губы, чтобы не расплакаться.
Мне так хочется ее утешить, что я без прелюдий и вопросов, наклоняюсь и целую ее за ухом.
Она не уклоняется, наоборот, подставляет. Скучала моя девочка.
– Посетители, уходим, – слышу в коридоре и останавливаюсь.
– Почему так рано?
