Сказать, что я в шоке, ничего не сказать. За мной следили, мне угрожала опасность, а его не было рядом.
– Если бы я был тут, все было бы еще опасней. Наш с тобой “союз” сразу бы вызвал подозрение, что я занимаюсь этим делом. Я подставил бы обоих. Мне надо было уехать, чтобы все успокоилось. Каждое мое слово ты можешь уточнить у отца. Он подтвердит, что сам мне это говорил.
Я уже не сомневаюсь. Он держал меня в поле зрения и все это время фактически был рядом.
– Юр, а если ты за мной следил, как не узнал, что я беременна?
– Саш, мне пару раз доложили, что Рома у тебя был. Мне было… Я не хотел знать подробностей. Поэтому в личную жизнь попросил не лезть. Мне докладывали только об охране тебя и слежке.
– Ты думал я с Ромой?
– Да. Это не логично? Смотри, кто пришел, – Юра чуть сдвигает камеру и показывает Ахилла, который ложится рядом с ним. Не могу поверить, что прокурор разрешил коту спать в его кровати. – Сань, при нем можно вообще говорить?
– Даже, если он что-то понимает, все равно никогда нам не расскажет, какие мы странные. – И нелогичные.
Юра смеется, а потом переводит камеру на себя.
– Прости меня, – я тоже виновата, я знала это, но до этого моя обида покрывала все и не давала вырваться чему-то другому. – За то, что в суде не сдержалась и сказала все так. Я когда Рому увидела на свадьбе, испугалась, что ты узнаешь меня или про нас, а мне не хотелось. Ты мне понравился.
– Саш, давай не будем об этом. Было и было, все удалено. Я просто не хочу возвращаться к этому и опять размышлять об этом, когда можно заняться чем-то более приятным. По поводу Вики. Ее мать – вахтер в школе, отца нет, сама учится еще. У нее много лет назад погиб дядя в аварии. С ним тогда ехала жена и дочка. Так вот жена тоже погибла, а девочка чудом осталась жива. Ее удочерили, но кто, неизвестно. Вика в Ростове все о нем подняла, но ничего не нашла. Приехала поискать тут какие-нибудь сведения о дяде. Мало ли.
– Она ищет ту не погибшую девочку?
– Да, фактически это ее двоюродная сестра.
– Как так получилось, что они не знают, кто удочерил? Почему себе не забрали?
– Саш, я не лез в душу, раз не взяли, значит, были причины. Поэтому я договорился с одним знакомым из прокуратуры, чтобы он помог Вику определить на практику в то отделение прокуратуры, из которого меня выпроводили. Ей плюс, она поищет в архивах данные о своем дяде и той аварии, заодно сделает мне дубликаты дела твоего отца. Мне сейчас туда вход закрыт, она мои глаза и уши там. Они знают, что мы с тобой были вместе во время суда и шантажировали этим. Я уверен, что кто-то в прокуратуре заинтересован в том, чтобы твой отец сидел. Только, чтобы размотать это все, мне нужен свой человек там.
– Я не знала. Но мне все равно не нравится, что она жила у тебя.
– Сань, если бы ты только сказала “да” и подпустила к себе, то почувствовала бы, как я скучаю и как на тебя мой организм реагирует. Полгода, Саш, я тебе клянусь мало того, что никого не было, я вообще не смотрел ни на кого. Разрывало надвое. С одной стороны надеялся, что когда вернусь, сможем начать заново, с другой – пытался тебя заместить работой. Саш, – зовет меня, – давай оставим прошлое. Я никогда не буду вспоминать то видео, не буду упрекать, но и ты сделаешь то же самое. Начнем заново?
– Мне надо подумать.
– Капельница, – в палату заходит медсестра и предупреждает меня. Я киваю в ответ.
– Мне пора, Юр.
– Иди, я хоть немного тебя переубедил? – Легко киваю головой, не хочу при посторонних обсуждать свои отношения. – Саш, ты подумай, только не додумывай, лучше у меня спроси.
Снова киваю и прощаюсь.
Мне ставят капельницу, проверяют живот. Я все это время обдумываю Юрины слова. Так хочется ему верить. И, по сути, он даже тогда за камеру зацепился, чтобы выкроить для нас время. Рисковал в том загородном доме. Мы расстались даже, чтобы не навредить друг другу.
Саша: “Заедешь ко мне завтра?))”
Набираю сообщение одной рукой, пока ставится капельница.
Юра: “Конечно”
Приходит сразу же.
Юра: “Напиши, если что-то надо”
Отмечаю сердечком сообщение. Но писать буду вряд ли. Лучше попрошу Онежу. Она тоже собиралась ко мне заехать.
Он что-то еще набирает. Долго пишет. Останавливается. Потом продолжает. Я в предвкушении жду. Что там такое? Стихи? Ну, нет. Прокурор и стихи – это не сочетается как-то. Может, еще что-то важное рассказать о папе хочет?
Юра: “ятл”
И что я получаю в итоге? Набор букв... Так долго писал…
Саша: “???”
Юра: “❤️”
Вика: “Юрий Александрович, надо встретиться. Это срочно”
У нас обоих обед, я планировал съездить к Саше сейчас. Потом еще и вечером. Вика сбивает планы, но и просто так она никогда не пишет.
Юра: “До вечера может подождать?”
Вика: “Нужен ваш совет”
Юра: “По телефону?”
Вика: ”Не телефонный разговор”
Выбирать между ними приходится. Не хочу, и знаю, как надо было бы, но поступаю по-другому. Чья-то ошибка может дорогого стоить потом.
Юра: кафе “Ленинградское”, от тебя на метро две остановки, не опаздывай”
Встречаться возле прокуратуры не хочу.
Юра: “У меня не получится в обед приехать, важная встреча, но вечером у тебя”
