– А если и правда не мерещится? А если это она? Что она там делает тогда? Юр, – откашливает Сашин отец, – а если это для тебя ловушка? Доверяешь этой Виктории?
– Хороший вопрос. С женщинами сложно. Я у будущей жены не всегда понимаю, что в голове, а уж что у посторонней девушки…
Кто знает, что у нее с Антоновым на самом деле? Спелась с ним и так красиво разыграла меня? Или, правда, хочет мне помочь и себя сейчас подставляет? Что делать? Поверить или нет? Я уже через оба варианта проходил. И оба ошибался.
Сейчас надо поверить или не поверить. Решить. От этого зависит ее жизнь, возможно. А если обманула, то подставит меня. А у меня даже бронежилета с собой нет.
– Что интуиция говорит?
– Вика ни разу меня не подставила специально. Все случайно, чаще даже я сам виноват. Она никогда не врала. Она такая какая есть. Черт. И она умеет притворяться, раз Антонов ей поверил.
– Пришла в себя? – Снова чей-то голос.
– Стонет там в углу.
– Давай, заливай в нее водку. Накачай хорошенько, чтоб не понимала, где она, кто и что делает.
– Будет сделано.
Спектакль или на самом деле она в опасности? Что ж мне всегда так везет на молодых “преступниц”.
– А точно никто не поймет? – снова этот же женский голос.
– Вы хорошо платите, поэтому работают хорошие эксперты. Вы привезли зуб? – Узнаю голос. Антонов.
– Да, вот, вырвала дальний, ради инсценировки смерти, можно и коронку поставить.
– Отлично, больше ничего не потребуется. По версии вы напились, съехали с обрыва, машина взорвалась. Эксперт напишет то, что надо. Официальный тест ДНК по зубам покажет, что сгорели вы, а не эта девчонка.
– А с кем будете сравнивать?
– Возьмем за образец слюну у вашей дочери Александры.
Твою мать. Мы переглядываемся. На кой черт я им сдался, когда у них тут другие проблемы.
– Может надо было бомжиху взять? Вдруг эту искать будут?
– У нее мать одна в Ростове. Тут она ее не найдет уже никогда.
– А если друзья какие есть?
– Да нет у нее тут никого, приехала наивная покорять столицу.
– Так почему она?
– Потому что решила с меня поиметь, прослушку мне в телефон установила. Черт знает, что она слышала. Мне как раз надо от нее избавиться.
Вот тебе и ответ. А я говорил ей не играть в это.
– Антонов и ваша бывшая жена в сговоре. Вероятно, она и заплатила ему, чтоб организовали и подставили вас. А он как прокурор, сказал, как правильно сделать, чтобы вы сели. А потом ей деньги понадобились, чтобы рассчитаться за это. И они все идеально разложили, в одном только прокололись.
– В чем?
– В нас с Сашей. Я бы никогда не связался со свидетелем обвинения. Антонов это знал, никто не бы не выгораживал вас, не разбирался. Но я с Сашей познакомились раньше, чем был суд. Все началось до него. Если бы после, я бы не пересекся с ней. Даже от свадьбы бы отказался, но она мне понравилась еще до этого. А после свадьбы все только усложнилось с вашей дочерью, но без нее уже не мог. Я же докопался до правды, тогда бы вас освободил еще, чтобы с ней быть.
Не получилось.
Он пожимает плечами и выдыхает.
– Так что с Викторией?
– Я один раз поверил девушке, она меня обманула и подставила. Второй – не поверил и подставил ее.
– Вика, на кого больше похожа? На первую или на вторую? Ей что-то надо от тебя?
– Вика больше похожа… на вторую. И это п****ц. Меня там невеста ждет, а я поеду спасать другую девушку.
– Невеста твоя в безопасности, а эту убьют сейчас. Сможешь спокойно потом думать об этом? Оправданий, как со мной не будет.
– Сергей Евгеньевич, давайте я высажу вас и скажу адрес моего дома, доедите, объясните все.
– Да чего уж, поеду с тобой. Буду обеспечивать потом тебе алиби.
Я киваю. Спасибо. Оно мне точно понадобиться. Предчувствую, что я сегодня буду обвиняемым, а он – моим адвокатом.
– Пей давай, – слышу на заднем фоне и ускоряюсь.
Там слезы, нытье, хоть бы не изнасиловали напоследок там, дуру. Если останется жива, отправлю назад к маме.
– Чтоб я еще когда имел дело с молодыми неопытными студентками. Предупреждал же ее, чтоб не лезла без моего разрешения. Так нет, все сама.
– Не надо больше, я не хочу, – голос Вики, уже заплетается. – Ну пожалуйста, – тихо хрипит. Еле слышно, но слышно.
– Заткнись и пей.
– Сколько до нее ехать? – уточняю.
– Двадцать минут.
Мы едем с тестем в тишине. Я понимаю его, мысленно благодарю, что поддержал меня. Но бросить в беде не могу.
– Вставай, пьянь. Пора! – В телефоне снова становится шумно и вдруг все смолкает. – Уходим.
Переглядываемся. Я на часы. Не успеваем.
Перезваниваю Александру.
– Они повезли ее куда-то. Там должен быть где-то обрыв. Можете, найти это место?
– Сейчас. – Он что-то щелкает, я сворачиваю в сторону тех координат, теперь уже отдаляюсь от Саши. Хорошо, что она не знает. – Так, есть на старой заброшенной дороге обрыв. Там как раз не людно. Недалеко от этого места. Я сейчас скину координаты.
Через диспетчера ищу водителя уехавшей патрульной машины. Предупреждаю, чтобы они задерживали всех, кто будет выезжать из поселка. Антонов и Сашина мать не должны ускользнуть.
