– Все не так, как ты думаешь. Он любит Иззи. Он любит дочь.
– Я не думаю, что он любит их, если целует тебя, Дарс.
– Это я его поцеловала, – возразила Дарси, – и это было так спонтанно. Это ничего не значит.
Наступила пауза. Нелл внимательно рассматривала свой чай, а Дарси жалела, что у нее в руке не бокал с вином.
– То есть это значит, что ты не поедешь на вечеринку?
Дарси вздохнула.
– Я просто…
– Забудь, – перебила ее Нелл. – Боже, Дарс, у меня дежавю.
– Пожалуйста, только никому ничего не рассказывай, – попросила Дарси, вероятно, таким же тоном, как в прошлый раз, когда умоляла подругу сохранить ее секрет.
– Хочешь совет?
– Да, – поколебавшись, ответила Дарси, поскольку Нелл обычно выражала свои мысли по поводу Тодда с такой же деликатностью, как активист Гринпис с мегафоном на демонстрации.
– Не приближайся к нему. Теперь у него есть девушка и дочь. Даже если бы между вами ничего не произошло в прошлом, неразумно сейчас видеться с ним. Добром это не закончится.
– Ну не знаю.
– Короче, Тодд Лэндли тебе не нужен.
– Теперь его зовут Джастин, – заметила Дарси, будто желая напомнить и себе о его новой личности. – Джастин Уэбб.
Нелл состроила гримасу, словно желая сказать, что для нее он всегда будет Тоддом Лэндли.
– Твоя сестра в курсе?
Дарси покачала головой.
– Я не собираюсь Элис ничего рассказывать. Мы и так до сих пор ругаемся из-за коттеджа.
– Она действительно собирается продать его?
Дарси кивнула.
– У них с Яном проблемы с деньгами. Он купил своей любовнице «мини-купер».
Нелл закатила глаза. Выходки мужа Элис уже никого не удивляли, даже саму Элис.
– Им нужна кругленькая сумма, – добавила Дарси. – Надо заплатить налоги.
На самом деле Дарси подозревала, что сестра хочет продать коттедж, потому что ее жизнь не удалась. Она жила в Сербитоне с изменяющим ей мужем и двумя маленькими дочерями, которые постоянно трепали ей нервы, в то время как все ее друзья смогли сделать карьеру и добиться каких-то личных целей. Единственным карьерным достижением Элис было то, что она какое-то время организовывала рабочий день своего нынешнего мужа в компании по продаже канцелярских товаров. Если Элис удастся выгнать Дарси и Кляксу из их маленького пляжного коттеджа в крохотную квартиру в Кингз Линн, собственная жизнь какое-то время не будет казаться ей такой уж ужасной.
Нелл покачала головой.
– Зачем ей продавать собственный коттедж, чтобы оплатить долги, оставшиеся после интрижки мужа? Она такая тряпка!
Дарси подумала, что Элис всегда вымещала злобу не на тех людей, которые ее обижали. Она сердилась на Яна, а кричала на детей и обвиняла во всем Дарси; она сердилась на их мать, поэтому кричала на Яна и обвиняла Дарси. В конце концов, во всем всегда была виновата Дарси, к чему та уже привыкла. Она жила в подобной обстановке уже добрых семнадцать лет.
– Ты могла бы выкупить коттедж у сестры, – как всегда оптимистично предложила Нелл.
Клякса лег на ковер у ног Дарси, подставив хозяйке живот. Дарси тут же принялась гладить его ногой.
– Мне никогда не дадут ипотеку. Я даже не могу превысить лимит кредита в банке. Они тут же на меня накинутся. Боже, возможно, мне придется переехать к тебе!
Нелл отвела взгляд и откашлялась.
– Вообще-то, не думаю, что это возможно, Дарс. Не с Кляксой.
Клякса дернул ухом, услышав свое имя, и, не открывая глаз, напрягся.
– Нелл, я пошутила.
– Нет. Дело в том… – Нелл шумно выдохнула. – Раслин вчера спросила, сколько времени я провожу рядом с домашними животными.
Дарси почувствовала, как у нее внутри все холодеет.
– То есть она посоветовала мне завязать с ними. – Нелл жалобно смотрела на Дарси, взглядом умоляя ее не злиться.
– Завязать… как с сигаретами? – спросила Дарси, ощущая обиду и гадая, когда Раслин успела сделать йогу синонимом бреда.
– Прости, – извинилась Нелл.
Дарси поняла, что подруга просит ее не приводить Кляксу в гости.
Клякса открыл один миндалевидный глаз, чтобы понять, почему хозяйка перестала гладить его живот и что можно сделать, чтобы она продолжила.
– Нелл, – запротестовала она, – мне кажется, что Раслин пытается свалить всю вину на тебя. Или на меня. Или на Кляксу. Или на кого угодно, кроме себя.
– Дело не в этом. Просто это процесс… исключения.
Дарси казалось странным, что Раслин называет разные стороны жизни Нелл так, словно это токсичные побочные продукты.
– Боже, мне надо выпить.
Сказав это, Дарси почувствовала укол совести, вспомнив, как случайно заставила Нелл выпить с ней в кафе пару недель назад.
– Раслин не употребляет алкоголь уже девять лет, – торжественно заметила Нелл, словно этим фактом стоило гордиться.
– Но она – это она, – осторожно заметила Дарси. – А ты – это ты.
– У Раслин шестеро детей, – прошептала Нелл.
От растерянности у Дарси на глазах даже выступили слезы. Она сглотнула и схватила Нелл за руку, желая поддержать.
– Это дела не касается, – выдавила она из себя. – Я думаю, тебе надо прекратить ходить к этой женщине. Как можно такое говорить!
