О посещении Русского Свято-Пантелеймонова монастыря на горе Афон в Греции невозможно написать обычными словами литературного текста. Только слова благодарности, а точнее, благодарения приходят на ум, когда вспоминаешь о случившемся в твоей жизни чуде.
Прежде всего мы (Валентин Распутин, Максим Шостакович, Анатолий Пантелеев и я, пытающийся донести до вас суть случившегося с нами) благодарны Спасителю и Пресвятой Богородице, открывшим нам врата входа на Святую гору Афон.
Ранняя весна отмечена здесь изменчивой погодой. Эгейское море становится временами бурным, и можно по нескольку дней ждать тишины. Люди, приплывающие на собственных мощных судах, могущие себе позволить воспользоваться вертолётами, возвращались иногда, так и не ступив на священную землю полуострова Айон Орос.
Благодарны мы советнику посольства России в Греции Леониду Петровичу Решетникову, тепло встретившему нас в Афинах и отправившему в Салоники. Надолго запомним мы гостеприимство молодого русского здешнего вице-консула Виктора Немцова, с которым посетили базилику Св. воина-мученика Дмитрия Солунского и церковь одного из столпов Православия Григория Паламы. По дороге из Салоник в порт Уранополи показал нам Виктор прекрасный памятник Аристотелю, установленный в родной деревне античного философа. Через несколько километров увидели мы часовню, построенную на том месте, где Апостол Павел проповедовал фессалоникийцам.
Благодарны мы благочинному русского монастыря отцу Философу, встретившему нас у причала и не оставлявшему своими заботами во всё время паломничества. Деловой и постоянно занятой насельник находил время опекать нас и помогать ориентироваться в непривычном монастырском укладе. Здесь живут по византийскому времени (пять часов вперёд по сравнению с московским). Вечерние службы и утренние литургии приходятся на вечернее и ночное время суток. С трудом выстаивая на церковных молебнах дома, недолго продолжающихся, каким-то чудом выдерживали мы пяти- и шестичасовые службы, не ощущая особой тяжести и чрезмерного напряжения.
Благодарны мы духовнику русского монастыря, отцу Макарию, принявшему наши исповеди и уделившему немало заботы и внимания. А ведь именно он способствовал возрождению Свято-Пантелеймоновой обители в последние десять лет. Мне посчастливилось попасть на Афон в 1992 году и своими глазами видеть разруху и запустение, на которые наше атеистическое руководство обрекло некогда мощную цитадель Русского Православия. Царский двор жертвовал огромные средства монастырю, военные корабли постоянно охраняли мир и покой монашествующей братии, не только молившейся, но и ведущей богатое хозяйство, поставляя в Россию обильные плоды своего ремесла — от кожевенных изделий и вин до огромного количества церковных изданий.
