Я протерла запотевшее зеркало, глядя на свое бледное лицо. Выходить из ванной было страшно, как и дальше оставаться с ним наедине. Решение пойти на праздничный прием стало спасением. Кайл, к счастью, не караулил меня под дверью. Я проскользнула незамеченной и закрыла смежную дверь между нашими квартирами. Свою я использовала как гардеробную, поэтому одежда здесь была.
Не пожалела, что пошла на прием. В конце концов, попрощалась со всеми, с кем работала. В честь важного гостя и спасения большого количества безнадежных больных прием организовали с особым размахом. Мы так масштабно только Новый год празднуем.
На приеме вокруг высшего марианца и его свиты царила суета, и на то, что я появилась впервые на официальном мероприятии одна, без Кайла, никто не обратил внимания. Шампанское лилось рекой. Я взяла бокал и курсировала между сослуживцами. Они разбились в стайки по отделам. По работе я по тем или иным причинам пересекалась со многими и теперь курсировала от одной группы к другой, старательно держась подальше от верхушки руководства и марианцев. И от больных. Пациенты сегодня тоже собрались в группу и делились впечатлениями между собой.
Собиралась я спешно, и было не до прически. Еще влажные волосы просто гладко зачесала и собрала в низкий пучок. Наверное, именно потому меня еще не опознали издалека по яркому цвету волос, и я собиралась продлить это как можно дольше.
Но когда увидела Вейда в толпе, с рукой на перевязи, не смогла не подойти. Или он отказался от восстанавливающей капсулы, ограничившись повязкой, или уже в капсуле ему зарастили перелом, но оставили фиксирующий лонгет. В любом случае это моя вина, и я хотела знать, как сильно он пострадал.
Уже подходя ближе, увидела неподалеку его отца, разговаривающего с другими военными, но было поздно — они меня заметили.
— Командор Хельсинг, рада видеть вас в добром здравии, — поприветствовала я, останавливаясь рядом с Вейдом.
— Это полностью ваша заслуга, мьера Нейлани. Я не успел вас поблагодарить, вы позволите поцеловать вашу руку?
Мне ничего не оставалось, как любезно протянуть ладонь, которую он галантно поцеловал.
— Признаться, для меня все произошло очень быстро, и я не успел оценить чудо, которое вы сотворили. Очнулся уже здоровым, невероятно! Объясните, как это происходит?
— Все просто. Смотрите. — Я воспользовалась случаем и в качестве наглядного примера прикоснулась к поврежденной руке Вейда. — Сканирую повреждение…
Направила энергетический импульс в его руку. Дерьмо! Сразу определила, что был сложный перелом в нескольких местах, осколок кости так и остался, а саму кость уже срастили в капсуле. Кто его смотрел? Завтра узнаю, получит выговор с занесением в личное дело!
Выругавшись себе под нос, я обхватила мужское предплечье уже двумя руками, направляя энергию и удаляя теперь уже лишний осколок. Расщепить ушло бы больше энергии, и я просто провела его через ткани. На лбу выступила испарина, но с довольным видом вложила в ладонь Вейда часть его тела.
— Держите. Это ваше. Теперь повязку можете снять.
— Вы в порядке? — тихо спросил Вейд, перехватив мою ладонь и удерживая кончики пальцев.
— Это у вас нужно спрашивать. Мне жаль, что так вышло.
— Я ни о чем не жалею.
Он о поцелуе? Если да, то я тоже. Вот только он дорого за него заплатил.
— Поразительно! — выдохнул кто-то.
Я дернулась, освобождая руку, и только в этот момент обнаружила, что вокруг нас полукругом собрались зрители.
— Покажи, — попросил командор сына, и тот на раскрытой ладони продемонстрировал осколок, но потом сжал его в кулак.
— Вы так любые болезни способны излечить? А можете меня просканировать? — попросил какой-то военный в высших чинах.
— Я тоже не откажусь! — вызвался еще один кандидат на халявное оздоровление.
Вейд встал на мою защиту.
— Господа, сейчас не место и не время. Не забывайте, что сегодня мьера Нейлани провела и без того достаточное количество исцелений.
Молодец! Напомнил всем, что я мьера Нейлани, а не балаганная шаманка для их развлечения.
— Подтверждаю! У меня даже ни одного шрама на теле не осталось, — вмешался и командор, перетягивая внимание на себя. — Кстати, в Центре прекрасное диагностическое оборудование. Мне уже сказали, что я здоров как бык и обо всех своих хронических болячках могу забыть. Теперь не сумею даже на боль в старых ранах пожаловаться в старости.
— Вы, главное, новые не приобретите, господин командор, — шутливо укорил его Вейд. — Неизвестно, согласится ли тогда уважаемая мьера Нейлани вас принять, раз вы столь безответственно относитесь к ее труду.
Шутливую перепалку прервал голос по микрофону, просящий минуту внимания. Наш бесценный руководитель Центра, Томас Роффердсон, на сцене начал речь о том, как он счастлив собрать всех по столь радостному поводу. В общем, ту дивно длинную речь, слегка подкорректированную, которую не успел сказать утром.
